Талончик для колчаковца

Владимир Надеин Фото www.mn.ru

Владимир НАДЕИН, журналист — специально для "И"

В поликлинике висело объявление о том, что участников Гражданской и Великой Отечественной войны обслуживают вне очереди. Я спросил у девицы в окошке:
    
- А нас, белогвардейцев, - тоже?

Девица была мила, строга и бесконечно молода. Все, кому изрядно за тридцать, были для неё современниками Наполеона.  Она ничуть не удивилась, что я приписал себя к колчаковцам.  Наморщила чудный лобик и сказала:

- Сейчас спрошу у главврача.

Инструктаж был недолог. Девица вышла и сказала:

- Колчаковцам – в общую очередь.

Это случилось накануне  дня национального единства. По телевизору показывали расстрел царской семьи.  Поликлиника расположена в районе проспекта Андропова. Товарищ Ю.В.Андропов – приспособленец, негодяй и садист.  Все андроповцы обслуживаются вне очереди. Негласно, но везде.

В Москве более 600 памятников Ленину. Как раньше говорили о церквах – действующих. У нас до сих пор больше действующих памятников разным коммунистам, чем восстановлено разрушенных ими церквей.

Вы обратили внимание, что в перерывах футбольных матчей, между концертными номерами порою по два-три раза подряд показывают одну и ту же рекламу?  Психологи утверждают, что так оно лучше врубается в мозги. Бизнесмены верят психологам и платят большие деньги за такие мозгорубы.

Кто платит за всякие Свердловки, Дзержински, Кировски, по сию пору в бесчисленности рассыпанные на нашей земле? Какой олигарх стоит за 24-часовой рекламой в виде обязательных площадей (улиц) Ленина (Ильича) едва ли не в каждом райцентре? Что делать в нашей вечной памяти разным проходимцам вроде Шверника и Куусинена, Георгиу Дежа, Димитрова и Тольятти?

Инерция нашего подобострастия измеряется уже не годами – десятилетиями. Документально доказано, что на пороге полного безумия Ленину не изменяло только пристрастие  к массовому террору. Он сам говорил, что ему на Россию наплевать. Но мы все еще лебезим перед этим шпионом и палачом, повторяя его имя на всем протяжении Ленинского проспекта. Кстати, кто был женою Ленина? Крупская. Есть и улица Крупской. А любовницей? Многочувственная Инесса Арманд. Извольте, вот вам и улица И.Арманд. Братец кто, Дмитрий Ульянов? Даешь улицу Дм. Ульянова. Сестрица - Мария Ульянова? Есть улица М.Ульяновой. Секретаршу не забыли ли? Как можно! Пожалуйте на улицу Фотиевой. И т.д.

Роскошный проспект Германа Геринга в Берлине вернул себе прежнее имя уже на следующий день после падения нацистского режима. Не думаю, что Геринг причинил немцам больше горя, чем Свердлов – россиянам. Но у нас - не Европа.  У нас голос постоянной прописки  – глас Божий. Поэтому Екатеринбургу имя вернули, но область осталась Свердловской.

Вы верите в этот изысканный демократизм на родине всемирно известных палачей Юровского и Свердлова? Вы тоже хотите переждать, пока все само собою устаканится?

Вот большевики, те не просили милости у стакана. В первые же годы своей власти переименовали все, на что падал их пытливый взор. В 24-м году, народным велением  «снизу», Юзовку на Донбассе переименовали в Троцк. Сталину, уже набравшему силу,  это не понравилось. Через три  недели город переименовали обратно в Юзовку. И еще через десяток  лет – в Сталино. Теперь это Донецк. И все снизу, и все согласно законам незыблемого демократизма.

Мы еще не раз пожалеем о том, что не провели полной и последовательной декоммунизации страны сразу же в начале 90-х.  Когда украинский  президент Виктор Ющенко требует, чтобы любое отрицание голодомора 30-х годов считалось преступлением, - это шаг в верном направлении. Он тоже не может одним махом разрубить гидру коммунизма, так хоть рубит пошейно. В стране живут не только потомки жертв Голодомора, но и наследники тех, кого народные страдания вознесли высоко вверх. Внуки той знати помнят байки дедуль-комиссаров, а потому без устали твердят, что все было «не так».

Везде, где элита пронизана подобными внуками, общество ставит заградительные барьеры.  В Германии,  Австрии, Франции, откуда шли эшелоны евреев в лагеря смерти, отрицание Холокоста карается  годами тюрьмы. А у нас, близ проспекта Андропова, тебя, белогвардейца, честно воевавшего за демократически избранное Учредительное собрание против германских шпионов и террористов,  так и не пропустят без очереди к кардиологу, даже если ты сам Антон Иванович Деникин или Александр Васильевич Колчак.

Может, пора поставить кому-нибудь из них скромный бюстик вместо одного из 600 действующих памятников кровожадному присяжному поверенному?  

Развитие сюжета в рубриках:   Новость   Точка зрения    От автора