В нашем дворе внутри колодца новостроек оказалась случайно зажата старая церквуха. Не могу ничего сказать о ее прошлом, но судя по наглухо запертым черным дверям, исходному назначению она не служила уже давно. В решетчатое окошко под крышей по-хозяйски залетают голуби. Год все было тихо. Но минувшей зимой вокруг этой церквухи началось движение. В прямом смысле вокруг – некие трудящиеся, преимущественно, в платочках, обходили ее крестным ходом. Или после этого она уже храм?
В общем, чем ближе к Пасхе, тем чаще возле этой... постройки, скажем так, собирались те самые, в платочках. Иногда одни, иногда с человеком в рясе.
Как стало тепло (а в нынешнем году это случилось рано), инициативная группа единомышленников-единоверцев стала собираться по воскресеньям в районе полудня под стенами «культового здания». Трое держат иконы, перед ними священник (стоит у некоего а-ля аналоя), остальные (конечно, в платочках, иногда еще и с зонтиками) смотрят, выстроившись в полукруг.
И как-то эти собрания не вызывают желания знакомиться. Один раз я попробовала уточнить, что же они делают, на что мне было сказано: «Службу служим. Можешь табуретку из дома вынести и ведро с тряпкой?» - я тогда никак не могла, и с тех пор не подходила.
Моего неверующего мужа чем дальше, тем больше раздражают нестройные завывания, которые доносятся до нашего этажа по воскресеньям. Он даже раздумывал над тем, что бы туда сбросить такого, чтоб убрать эти звуки. Особенно супруг встревожился, когда заметил горящую лампочку в недрах церквухи: «Это что ж, ее восстановят? И они будут по выходным ни свет ни заря в колокола бить?!»
В общем, как-то не радует перспектива того, что у нас во дворе откроется действующий храм. При этом нынешние «богослужения под открытым небом» тоже не особенно вдохновляют – когда они под твоими окнами...
Но это исключительно воскресные переживания. А в будни из черной глухой двери торчат вянущие цветы, рядом стоят припаркованные машины. И на них с удовольствием гадят многочисленные голуби из окошка под крышей.