The Wall Street Journal вышла со статьей, в которой выражается уверенность в светлом будущем издания, которое теперь принадлежит Руперту Мэрдоку. После серии скандалов, связанных с продажей газеты, этот оптимизм выглядит "игрой на публику".
В Москве было 6 утра 1 августа, когда Би-Би-Си сообщило о завершении сделки о покупке Рупертом Мэрдоком The Wall Street Journal. За предшествовавшие три месяца переговоров между прежними владельцами газеты и австралийским медиа-магнатом в мировой прессе было написан множество статей и комментариев с мрачными прогнозами относительно судьбы наиболее авторитетной деловой газеты мира. Часть руководства издательского дома, куда входит газета, требовала внесения в условия договора купли-продажи гарантий независимости журналистского коллектива и редакционной политики. Согласно первым сообщениям, Мэрдок в ходе переговоров пошел на уступки журналистам.
Естественно, после завершения сделки "И" захотелось узнать, а как обстоят дела с редакционной независимостью в лондонской "Таймс". Эта газета была приобретена Рупертом Мэрдоком ещё в 1981 году.
Итак, утром 1 августа я позвонил в The Times . В пресс-службе газеты ещё никого не было, и любезная секретарша посоветовала направить письмо в отдел бизнес-новостей, который, якобы, занимается этой проблемой.
Для верности письмо направил сразу и в отдел бизнес-новостей, и в пресс-службу. После 12-ти по Москве удалось связаться с директором по коммуникациям Лорой Весткотт (Laura Westcott). Она сразу отказалась отвечать по телефону, сказала, что не может найти мои письма и попросила повторно направить вопросы, на этот раз на её личный электронный адрес. Что и было сделано.
После нескольких звонков и нескольких часов ожидания Лора сказал, что моими вопросами будет заниматься Анушка Хили (Anoushka Healy) – редакционный директор по коммуникациям и попросила направить вопросы прямо ей.
Да, кстати, вот эти несчастные вопросы:
1. Как вы могли бы охарактеризовать отношения редакции The Times с владельцем, вмешивается ли он в редакционную политику? 2. Кто назначает главного редактора?
3. Обладает ли коллектив редакции правом вето при назначении главного редактора?
4. Как изменился тираж газеты, количество посетителей её электронной версии и индекс цитирования со времени приобретения The Times News Corp.?
Поздно вечером мы получили ответ от Анушки Хили: "Любые вопросы по приобретению Newscorp. Dow Jones следует адресовать вице-президенту Newscorp. по корпоративным вопросам Эндрю Бутчеру по телефону.... и адресу..."
Порядок есть порядок. Мы направили письмо с вопросами г-ну Бутчеру. При этом я обратил внимание Анушки Хили, что вопросы касаются ситуации в The Times, а не сделки по покупке Dow Jones.
Позвонил Бутчеру и на автоответчике оставил сообщение с просьбой ответить на письмо.
Через некоторое время получил письмо от Хили с извинениями, что неправильно поняла мое письмо и до конца дня обязательно ответит на поставленные вопросы.
Рабочий день к тому моменту закончился у нас всех.
Сегодня с утра обнаружил, что почтовый ящик по-прежнему пуст.
В 12:00 позвонил Анушке Хили. Долго извинялась, что была очень занята. Сказала, что главный редактор Роберт Томсон в принципе дал подробную информацию по этим вопросам несколько дней назад в палате лордов и обещала переслать текст.
После этого звонил каждый час, получал обещания вот-вот направить ответ. И вот он пришел.
Это была ссылка на статью в газете британского профсоюза журналистов, рассказывающая о выступлении главного редактора The Times в Палате лордов от 18 июля под заголовком "Мэрдок не влияет на редакционную политику".
Факс так и не получил. Из штаб-квартиры News Corp. в Нью-Йорке тоже ничего.
…А мне, казалось, что в такой манере работают только российские чиновники.
