Сегодня Новгородский городской суд рассматривает постановление следователя о назначении новой психиатрической экспертизы 22-летней Антонине Федоровой. На основании показаний 11-летнего ребенка она обвиняется в попытке убийства своей дочери.
В ожидании начала судебного заседания, на котором рассматривалось постановление о направлении Антонины Федоровой на психиатрическую экспертизу, муж обвиняемой Кирилл ответил на вопросы корреспондента "И" - Ваш прогноз по поводу сегодняшнего заседания?
- Надеюсь, заседание будет отложено. Мы будем просить об этом, потому что оба наши адвоката получили извещение только позавчера и не успеют приехать. Один из них вообще до сегодняшнего дня находился в командировке.
- Адвокаты живут не в Новгороде?
- Один – из Москвы, другой – из Питера. Так получилось, потому что ни один адвокат в Новгороде не взялся вести это дело. Как мы поняли – из нежелания портить отношения с прокуратурой. - Как это согласуется с адвокатской этикой?
- На мой взгляд, не согласуется. Я собираюсь обратиться к лидерам российского адвокатского сообщества с просьбой вынести на публичное обсуждение вопрос поведения новгородской адвокатуры.
Вообще отсутствие местного адвоката сильно осложнило нашу жизнь. До Питера – 190 км. Каждый приезд адвоката обходится минимум в 5 тыс. рублей. Если же он будет работать с нами постоянно, это будет стоить не меньше 1 тыс. долл. в месяц.
- И у вас, и у Тони взята подписка о неразглашении данных предварительного расследования. Статья 161 УПК позволяет прокурору или следователю разрешить подследственному "разглашать" - если это "не противоречит интересам предварительного расследования и не связано с нарушением прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства". Почему вам не разрешили?
- Нам сказали, что мы создали нездоровую шумиху вокруг рутинного дела.
- Что будет, если суд все-таки признает необходимым проведение новой психиатрической экспертизы?
- Мы обжалуем это решение. Ведь что является целью экспертизы? Выяснить, здорова ли Тоня психически и не представляет ли опасности для общества. В конце концов выяснят, что здорова и не опасна. Но для этого как минимум на месяц ее поместят в психиатрический стационар.
Вообще у нас уже накопилось много жалоб на действия следователей. С моей точки зрения, там есть нарушения и Уголовного, и Уголовно-процессуального кодекса. Обязательно обратимся в суд, просто пока ресурсов не хватает – в том числе финансовых.
- Дело Антонины Федоровой приобрело общероссийскую известность, а что по поводу всего случившегося думают в Новгороде? Общественность на вашей стороне?
- Как раз в Новгороде, мне кажется, об этом деле не очень известно. Знают о нем люди, работающие в административных структурах. Это выяснилось, когда мы пришли в ЗАГС регистрировать брак. Конечно же, те, кто связан с прокуратурой и адвокатурой, в курсе. Ну и молодежь, которая имеет доступ в интернет.
А отношение... Меня очень радует позиция органов опеки. Когда дочку собирались вовлечь в проведение следственного эксперимента, а мы категорически возражали, опека защитила интересы ребенка. Она также поддержала нашу позицию, когда мы опротестовали решение, фактически запрещающее Тоне общаться с дочерью.