Ветка к ветке клонится

Владимир Надеин Фото www.mn.ru

Владимир НАДЕИН, журналист — специально для "И"

Губернатор Новосибирской области Виктор Толоконский получил от президента Путина «добро» на продление своих полномочий. Как только весть об этом достигла Новосибирска, все депутаты местного законодательного учреждения были немедленно отозваны из отпуска.  Депутаты единодушно проголосовали за предложенную президентом кандидатуру, после чего возобновили прерванный отпуск, а г-н Толоконский остался в прежней губернаторской должности.

Такую информацию передали в конце минувшей недели  все СМИ страны. СМИ не уточняли, но и без них подразумевалось,  что этому предшествовал запрос Толоконский относительно президентского доверия. Запрос был досрочным, поскольку полномочия новосибирского губернатора истекают в конце года.   

Новость эта не вызвала никаких комментариев. Лето, жара, футбол, да и вообще народ утратил интерес к этому делу. Когда г-жа Матвиенко, губернатор Санкт-Петербурга, первой среди равных обратилась к Владимиру Путину с досрочным прошением о доверии, все было еще в диковинку. Комментаторы судили-рядили о причинах,  о последствиях, а также о том, не появится ли у нас вскоре Валентина Первая.  

Зернышко, брошенное прелестной ручкой, упало в плодородную почву.  Десятки губернаторов выстроились в очередь за  доверием. Некоторым кремлевская администрация изрядно помотала нервы своим томительным ни да, ни нет. Но, в конце концов, добро получили почти  все.  

Нам не известно ни содержание губернаторских запросов, ни  форма президентских ответов. Как обращались они к гаранту Конституции? «Дорогой Владимир Владимирович»? «Ваше превосходительство»? «Здравия желаю, товарищ главнокомандующий»? И что представляет собою президентское «добро»? Телеграмма с борта самолета над Гватемалой? Письмо с фельдъегерем из Бочарова Ручья? Резолюция на прошении губернатора синим карандашом?

Обычно властные процедуры  тщательно оговариваются в конституциях.  Наша отмалчивается.  Проблема  в том, что,  Кремль   подмял под себя губернаторов не всенародным голосованием, не плебисцитом, проклятым и забытым, а лихим административным наскоком.  Выборы снизу в одночасье  заменили назначением сверху. Причем замена эта была объявлена настолько конституционной, что никаких перемен в Конституции вовсе не потребовалось. Впоследствие,  и  дома, и,  в особенности, за рубежом, Путин не раз говаривал, что губернаторов у нас по-прежнему избирают – просто бестолковые всенародные избирательные гулянья уступили место надежной и деловой процедуре.

Помнится мне, Валентина Матвиенко как-то пыталась объяснить населению причины своего прошения президенту. Там даже было нечто «в виде исключения». Дескать, Питер – город особый, и, чтобы подготовиться к выборам…   Ну, и так далее. Когда же исключение стало правилом,  аргумент отпал. Если Новосибирск, Красноярск, Курган и Хабаровск суть исключения,  - что же есть норма?   А если ради выборов крушатся конституционные сроки пребывания губернаторов в должности,  то что это? Хозяйское использование избирательных дыр, ремонт Конституции на марше или заговор против неё?

Ответа ждать не так уж долго. Доживем до выборов – увидим. Однако некоторые важные умозаключения можно выводить уже сейчас.

Я не знаю, что чувствует тот или иной конкретный человек, которого отозвали на работу посреди летнего отпуска.  Конкретный человек может горевать, а может и ликовать.  Да, ликовать. Среди нас не так уж мало трудоголиков, которых тошнит от морской синевы, от шелеста пальм или трепетанья поплавка на озерной глади. Только припав к родному столу в канцелярии, только вдохнув аромат архивных бумаг и вчерашнего чая,  чувствуют они, как трепещут их сердца в такт выкрикам посетителей за обитой дерматином дверью.

Люди, знаете, такие разные, а чужая душа – кромешные потемки.

Но стоит перейти от непредсказуемой единицы к групповой психологии, как картина разительно меняется. Группа позволяет перейти от впечатлений к статистике, а статистика – сестра категоричности. Вот почему я утверждаю: людям не нравится прерывать свой отпуск. Люди не любят тех, кто отзывает их из отпуска. Они против того, кто отрывает их от недоеденного арбуза, недопитого бокала или недолюбленной возлюбленной.

Иными словами, у новосибирских депутатов имелись все основания для того, чтобы остро невзлюбить губернатора Толоконского. И, добро бы,  дело какое неотложное. Чтобы учителям поднять зарплату или, к несчастью, наводнение. Так нет же, сугубая формальность. Президентское «добро» уже получено, кресла и так никто не отбирает. Ни от кого не убудет, если закорючка в бумажке появится месяцем позже. А так - отпуск насмарку.

Жизнь дала законодателям  замечательную возможность независимо топнуть ножкой.  Вспомнить, что они – самостоятельная ветвь власти. Что их хранит от репрессий не только далекий гарант, но и тайное голосование.

Не вспомнили. Не топнули. Скоренько проголосовали и разлетелись докушать арбуз, допить бокал. Потому что конституция конституцией, а по жизни каждому депутату ясно, какая ветвь какую моет, а какая только отряхивается.

Развитие сюжета в рубриках:   Новость    От автора