Сотрудник Третьяковской галереи Левон Нерсесян обнародовал информацию об угрозе сохранности "Троицы" Андрея Рублева. Она возникла в связи с тем, что патриархия предлагает на три дня отправить икону в Троице-Сергиеву лавру.
О причинах тревоги за судьбу «Троицы» Андрея Рублева корреспонденту «Избранного» рассказал сотрудник Третьяковской галереи Левон Нерсесян.
- Есть какое-то административное решение относительно временного перемещения «Троицы»?
- Никакого решительного приказа по этому поводу не существует. Единственный документ – письмо Патриарха с просьбой предоставить икону. Именно оно было зачитано членам Реставрационного совета в минувший понедельник. В его заседании участвовали не только сотрудники Третьяковской галереи, но и приглашенные специалисты. Так делается всегда, когда речь идет о сложных случаях, например об уникальной расчистке, и сотрудники галереи не решаются взять на себя всю полноту ответственности. - Какие мнения звучали на этом заседании Реставрационного совета?
- Мнение большинства, за двумя исключениями, совпадают с моим – перемещение иконы недопустимо. Но это единодушное мнение не было зафиксировано в протоколе под прямым нажимом директора Третьяковской галереи.
- Бывали раньше случаи, когда мнение Реставрационного совета не учитывалось?
- В совет входят самые авторитетные специалисты, и он решает принципиальные вопросы. Чтобы директор пошел против его решения – это абсурдная ситуация.
- Приказа нет, Реставрационный совет против перемещения «Троицы»… В чем причина вашего беспокойства?
- Есть уже прецеденты. Из кремлевских музеев предавались церкви мощи. Это акция, с которой я совершенно согласен. Но в музее они хранились в реликварии, который передаваться не должен был, церковь, согласно договоренностям, должна была изготовить новый. Мощи и реликварий – совершенно разные единицы хранения. Потом пришел категорический приказ – отдать все, и директор под угрозой увольнения была вынуждена подчиниться.
Судя по реакции начальства, наш случай – схожий.
- Какой была эта "реакция начальства"?
- Не отдадите на три дня – придут с ОМОНом, отберут навсегда, и икона погибнет – вот что нам было сказано. - Верите, что так и будет?
- Не хочу проверять. В случае с кремлевскими музеями мы промолчали, и зря. Речь ведь идет не только о судьбе «Троицы». В этом случае был достигнут некий социальный мир: икона находится в галерее и на три дня перемещается в храм при ней, где есть все необходимое оборудование. Мы не особенно счастливы от того, что надо ее перемещать, церковь не очень довольна тем, что икона все-таки находится в галерее, но компромисс достигнут. Теперь кто-то решил его сломать.