Не признался – не разглашай

Олег Козловский Фото www.justsay.ru

Елена КАЛУЖСКАЯ

Координатор движения "Оборона" Олег Козловский рассказал "Избранному" подробности  "дела"  блоггера Соловьёва.

- Как вы сами оцениваете тексты, на основании которых начато уголовное преследование вашего товарища?

- Я внимательно их читал и не нашёл там ни призывов к насилию, ни призывов к осуществлению самосуда над силовиками, ни оскорблений. Там есть обычная критика, которая высказывается многими людьми. Потому у этого дела и резонанс такой серьёзный.

- Скажите, по чьей инициативе организовано преследование?

- Вообще "признаки преступления" искала ФСБ, потом ее  представители направили сообщение в прокуратуру. На каком основании они сделали вывод, что не понравившиеся им записи сделаны именно Соловьёвым – не вполне понятно.  

- Дмитрий признал, что это его записи?

- Он сейчас отказывается отвечать на вопросы следствия, потому что доказать его причастность – дело следователя. У нас, по крайней мере, формально, действует презумпция невиновности, поэтому посмотрим, как они это будут обосновывать. Но вопрос не в том, писал это Дмитрий или кто-то другой, а в том, что за подобный текст вообще нельзя привлекать к уголовной ответственности. При этом делу, видимо, придаётся особое значение, поскольку Роман Шлегель, который его ведёт – следователь по особо важным делам.

- Как идет расследование?

- На следующий день после возбуждения дела к Дмитрию домой и на работу явились сотрудники следственного комитета и объявили, что он подозревается в преступлении. Они провели обыски, изъяли компьютеры и телефоны, электронные носители, документы "Обороны", хотя они никакого отношения к ЖЖ не имеют, и стали вызывать на допросы. Последний допрос был сегодня утром.

- О чём его спрашивают?

- Мы не знаем, потому что с Дмитрия первым делом взяли подписку о неразглашении материалов дела. Но то, что Дмитрий на вопросы не отвечает и против себя не свидетельствует, мне известно.

- Вы думаете, что общественности удастся воспрепятствовать обвинительному приговору?

- Если не удастся, то у Соловьева есть все перспективы в Европейском суде по правам человека.

- То есть вы уверены, что первая инстанция Соловьёва осудит?

- Возможно, но вовсе не обязательно. Это дело, даже по сравнению с делом Терентьева, абсолютно дутое. Даже недоброжелатели Дмитрия, когда читают записи, где найдены "признаки преступления", бывают изумлены. Мне кажется, что специалист, который делал экспертное заключение, даже не читал этих текстов, а ориентировался на заголовки.

Развитие сюжета в рубриках:   Новость    Мнение