12 октября
|
|
В этот день в 1980 году в Москве скончался поэт и актер Владимир Высоцкий. Спустя двадцать семь лет после смерти он остается одной из самых важных фигур в поздней советской и новейшей российской истории.Высоцкий оптом и в розницу |
От автора
|
Имя, судьба, личная жизнь Высоцкого, его слава, его болезни, его страдания, комплексы, слабости, страхи, - все стало товаром
Юрий БОГОМОЛОВ, кандидат искусствоведения, ведущий научный сотрудник Института искусствознания — специально для "И" Справедливости ради надо признать, не он один. Сейчас каждые полгода что-нибудь подобное выбрасывается на наши телеэкраны. Мотивировка всякий раз – приличная и даже благородная: либо – день рождения, либо, как нынче, день смерти. …Фильм анонсировался как нечто эксклюзивное. Наконец-то, жены любившие его, которых «он в разное время называл своими музами» впервые решились на «откровенный разговор» с большой телевизионной аудиторией. А что мы увидели и услышали? Окрошку из много раз слышанных и виденных исповедей Людмилы Абрамовой и Марины Влади, плюс рассказ о самой первой жене Высоцкого. И еще короткие синхроны Никиты Высоцкого, а также нескольких его бывших приятелей и знакомцев. Эксклюзивно, было, пожалуй, одно свидетельство. То, в котором человек по фамилии Пушкарев сообщил, что Володя задолго до знакомства с Мариной пообещал: «Я ее вые…»: - Ну, вы понимаете?.. Как не понять… Осталось процитировать известную дневниковую запись А.С.Пушкина о «гении чистой красоты» А.П.Керн. В порядке, наверное, пущей документальности и убедительности закадровый текст был озвучен густым хриплым голосом, принадлежащим, по всей вероятности, артисту Никите Джигурде. Все это похоже на затянувшуюся телевизионную «высоцкиаду». Первым ее витком были программы и фильмы, вторившие чувствам тех, для кого рано ушедший бард стал светом в окошке, надеждой в конце туннеля. Затем, к двадцатилетию, появились фильмы и программы, в которых родные и близкие стали делить меж собой имущество и славу – документальный фильм Петра Солдатенкова «История любви, история болезни». 25-летие было отмечено выходом в эфир картины известного документалиста Виталия Манского «Владимир Высоцкий. Смерть поэта», где уже речь шла о болезненном пристрастии героя не специфически русского свойства – к водке, а к наркоте – заразе общечеловеческого масштаба. Стоит оговориться, что в этом исследовании не было и тени спекулятивности. В нем была высокая трагедия. Рассказы друзей и близких приятелей о последних днях и часах Высоцкого сложились в хронику объявленной смерти. Чуть внимательнее в нее вглядываешься – и тебе открывается картина поединка, в котором бунтарь из плоти и крови бросил вызов Небытию. За свою гражданскую и духовную независимость он заплатил мукой зависимости и несвободы другого свойства. Значит тема творчества, драма жизни, трагедия смерти – все это исчерпано. Но публика требует: «Давай подробности!» Но и подробности уже все описаны, расписаны. С женами все ясно. В следующую годовщину очередь дойдет до официальных любовниц Высоцкого. Потом - до неофициальных. Затем примутся за лже-любовниц, за внебрачных детей, за лже-детей… Работы для телеисследователей типа Малахова и Пьяных – непочатый край. Имя, судьба, личная жизнь Высоцкого, его слава, его болезни, его страдания, комплексы, слабости, страхи, - все стало товаром без разбора, без уважения к тем, кто были рядом, и, увы, тех, кто были рядом. И, что самое печальное, вся эта распродажа оптом и в розницу идет под флагом благодарной памяти потомков к великому предку. *** Он сотворил из себя миф, понятный миллионам и понятый миллионами. Миф о бунтаре-одиночке, являющемся нам в образе то обреченного подводника, то затравленного волка, то загнанного коня и т.д. Миф на все времена - и на тоталитарные, и, как выясняется, на рыночные... Но сам он при этом неосторожно заступил границу художественного сознания. А заступив, провалился в мифомир, откуда возврата нет. При жизни Высоцкий более всего жаждал признания как автор, а толпы боготворили его как героя. Это как если бы Зевс или другой олимпиец захотел бы стать всего лишь Гомером. Высоцкий, будучи Громовержцем, захотел быть еще немножечко и Вознесенским. Но оказалось, что нет такой цены, за которую можно было бы себя выкупить у бездны, именуемой мифом. Его творчество пережило советскую власть. Миф о нем не смог отменить Рынок. Уважение к нему не смогли подорвать откровения о его чудовищном запойном алкоголизме, о глубокой безнадежной наркомании. Его моральный облик не смогли поколебать никакие донжуанские списки. Что может погубить память об этом человеке, так это превращение его в бренд. Высоцкий – что правда, то правда – не мог выкупить себя у Бездны. Но зато теперь его можно распродавать оптом и в розницу.
Развитие сюжета в рубриках:
|
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |