30 августа
|
|
Второй день длится голодовка обманутых дольщиков Петербурга. В ней участвуют 11 человек, потерявшие свои деньги, вложенные в долевое строительство многоквартирных домов. Голодающие настаивают, чтобы их проблемами занялась губернатор Матвиенко.Попали в пересменку |
Подробности
|
Обманутым дольщикам не помог ни Хинштейн, ни Путин
Елена КАЛУЖСКАЯ - Вы вложили деньги в строительство дома №13 на проспекте Пятилеток. Дом построили? - Мы заключили договоры с компанией-застройщиком и на наши деньги были построены 13 этажей четырнадцатиэтажного дома. Затем у застройщика возникли проблемы и ему на смену пришёл другой застройщик – РСУ Фрунзенское (его назначил город). Мы, 200 дольщиков, тут же получили решение суда, в котором говорилось, что мы признаны инвесторами – пользователями этого недостроенного объекта. За нами было признано право на результат инвестиционной деятельности и на получение квартиры в собственность сразу после сдачи дома в эксплуатацию. Первый застройщик был объявлен банкротом, при этом наш объект не был включён в перечень его имущества, подлежащего реализации по конкурсу, поскольку этот дом был создан на наши деньги и принадлежал нам. Правительство города, назначая нового застройщика, приняло постановление, которым передало ему права на окончание строительства. При этом в постановлении инвестору поручалось (буквально) "за счёт собственных средств решить все имущественно-правовые вопросы". А то, что мы, дольщики, к этому объекту привязаны, никак ни где не акцентировалось. - Вас это уже тогда насторожило? - Нам казалось, что при любых изменениях мы – собственники, и это измениться не может. Потом застройщики начали судиться. После всех судов выяснилось, что компания-застройщик, которой наш объект передавался на ответственное хранение, успела его выкупить у конкурсного управляющего. Она стала собственником, а мы лишились права на этот объект. - Как такое возможно? - А сам объект изменился. Это произошло в процессе строительства четырнадцатого этажа: поскольку дом теперь был достроенным, нам написали, что мы должны придти и быстро заключить договоры на квартиры, доплатив ещё столько же, сколько уже вложили. Мы считали, что это неправильно, что мы не должны ничего доплачивать. Между тем строительный комитет города выдал застройщику документ – это было письмо, подписанное заместителем председателя комитета по строительству Санкт-Петербурга, где было написано, что те квартиры, на которые не заключены договоры, нужно считать свободными и реализовать на рынке недвижимости. - Получается, строительный комитет разрешил частному застройщику продать квартиры, которые были вашей собственностью? - Да, просто взял и разрешил. - Вы подали в суд? - Разумеется. Уголовное дело четыре раза прекращалось, возобновлялось, из одного производства выделялось другое. Потом его снова приостановили, и сейчас, после того, как мы съездили в Москву в Генеральную прокуратуру, по представлению оттуда его опять возобновили. Но окончания ему не видно. Мы жаловались депутатам, нашим делом занимался Александр Хинштейн. - Почему именно Хинштейн? - Ну, мы считали, что у него есть определённые полномочия, которые ему даны центральным комитетом партии "Единая Россия", и он в состоянии нам помочь. Он к нам приезжал, создал рабочую группу по нашей проблеме. Правда, ничего это не изменило. Но мы и с Эллой Памфиловой встречались (председателем Совета при президенте РФ по содействию развитию институтов гражданского общества и правам человека. - "И"), и участвовали в мониторинге, который для Путина делался, и надеялись, что Памфилова расскажет ему, какие безобразия творятся в нашем родном городе. В списке тяжелейших жилищных объектов, которых всего 87 в стране, мы, проезд Пятилеток, дом 13, на 43-м месте. - К Путину попала информация о вас? - С девятого января, когда Элла Памфилова к нему ходила, мы звоним ей с периодичностью в две недели, хотим об этом что-нибудь узнать. Но результатов никаких. Сначала нам говорили, что до апреля нечего даже и ждать, а теперь, когда у них там пересменка закончилась, мы с тем же результатом звоним: так и не знаем, видел кто-нибудь этот доклад, услышали они про нас или нет. - Похоже, вы все средства исчерпали? - Да, уже ничего не остаётся, кроме протестных акций. Нынешняя голодовка – это крайняя мера, жест отчаянья. |
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |