30 августа
|
|
Любители современного искусства обсуждают увольнение руководителя отдела новейших течений Андрея Ерофеева из Третьяковки. Ерофеев курировал многие известные выставки, среди них - и"Запретное искусство". Может быть расформировании и сам отдел.Кандинский и Шагал не закрыли тему |
Из первых рук
|
Андрей Ерофеев рассчитывает на министра культуры Александра Авдеева
Елена КАЛУЖСКАЯ - Дальнейшая судьба отдела новейших течений Государственной Третьяковской галереи, которым вы ещё недавно руководили, не ясна. Директор Третьяковской галереи публично заявил, что может его и вовсе расформировать. Как вы смотрите на будущее дела, которым занимались в последние годы? - Ну, понятно, что увольнением меня, и даже увольнением всего отдела вопрос не решается. Проблема знакомства общества с современной культурой этим не исчерпывается. Остаётся задача осмысления этой культуры и популяризации её: коллекционирования и демонстрации. Этим должна заниматься некая отдельная институция, которой на данный момент не существует. Вот это и есть настоящая проблема. - Как я понимаю, отдел новейших течений Третьяковки и был как раз такой институцией? - Не совсем. Отдел новейших течений – это был "предмузей" современного искусства. Это было такое паллиативное решение для государства, которое было не готово создавать полноценный музей современного искусства, и организовывало при уже действующих музеях маленькие структуры, которые занимались современным искусством. Они есть и при Пушкинском музее, и при Эрмитаже: это такой стандартный ход, когда в консервативном музее есть сегмент, выполняющий компенсаторную функцию. - И выполняющий эффективно? - Это было вполне удовлетворительно, когда современная культура была небольшим дополнением к традиционным концепциям и представлялась музеями, как образец сегодняшнего творчества. Но сейчас, когда современное искусство превратилось в мощное явление со своей историей, со своей эстетикой, развивающееся больше пятидесяти лет, политика маленьких отделов, на мой взгляд, себя исчерпала. Это культура со своими подходами и жанрами, которые неизбежно входят в конфликт с музейными стандартами и традиционными формами работы. Например, музей традиционно строится на триаде "живопись-скульптура-графика", а у нас в отделе – инсталяции, видеоарт, перформансы, фотография. Все эти вещи не попадают в квалификационную сетку классического музея, для которого очень важно предметное понимание искусства. - Для традиционного музея искусство – это шедевр, результат мастерства. - Конечно. А для нас искусство – это часто виртуальная вещь и плохо сделанный предмет. Поэтому эстетический конфликт неизбежен, а в последнее время он предельно обострился, создав ситуацию глубокого непонимания. То есть, искусствоведы традиционных музеев , в том числе и Третьяковки, оказываясь перед фактом актуального искусства, воспринимают его на бытовом уровне и не видят в нём произведения. Например, целующиеся милиционеры всех так возмутили, потому что люди не видят за ними метафоры. - То есть дело не в отдельных случаях – конфликт заложен на более глубоком уровне, и происходящее сейчас закономерно? - Конечно. Для руководства музея современное искусство по большому счёту неприемлемо. Они сначала пытались проявить великодушие, введя в свой круг элементы современной культуры. Но наша коллекция – это не несколько образцов. Она всё это время росла, и сейчас это пять тысяч произведений. Такого объёма руководство просто не выдерживало, и было готово откреститься от нас при первом же удобном случае. - Вы имеете в виду возбуждение уголовного дела? - Это раньше началось: стоило министру возмутиться и сказать, что "современное искусство это позор для России", как дирекция включила свой паровой каток и раздавила нас. Моё увольнение – это финальный штрих, работа отдела прекратилась намного раньше. - Что значит "раздавила"? - После "Соц-Арта" нам запретили выставки, лекции, детскую и молодёжную студии по изучению видеоарта и фотографии, клуб современного искусства, где художники встречались с публикой. Закрылся зал проектов актуального искусства, закрылись все выставки, и наконец, мне запретили приносить в отдел произведения для комплектования фонда. У меня дома лежат вещи, которые мне запретили внести в галерею – с дарственными и со всем прочим. Дирекция запретила мне предъявлять вещи комиссии по дарам. Галерея объявила войну современному искусству. Но и это было далеко не начало. Ещё раньше, во время выставки "Запретное искусство" мы впервые увидели, как дирекция Третьяковской галереи снимает произведения, вместо того, чтобы их защищать. Не интерпретирует их искусствоведчески, не ищет формы их объяснения, а действует административно.. - Так что, ваше увольнение можно рассматривать, как финал войны традиционного музея с актуальным искусством? - Нет, финалом, видимо, должен быть снос здания ЦДХ. Если это случится, вопрос современного искусства для Третьяковки будет закрыт: закроется единственная в России экспозиция современного искусства. Третьяковке "сдать" этот дом удобно вдвойне, потому что ей обещают небольшой корпус у Лаврушинского переулка на набережной, где будут выставлены не коллекции, а вот те самые "образцы" авангарда: Попов, Кандинский, Шагал – и всё. Это снимет внутреннее противоречие Третьяковки, но одновременно отбросит музейное сообщество и всю культурную ситуацию на нулевую позицию: не будет ни одной экспозиции современного искусства, не будет комплектования фонда, не будет ничего. - Существует ли проблема осмысления советского искусства? - Да, безусловно. Существенный идеологический момент заключается в том, что мы не просто расширили коллекцию советского искусства. Мы предложили новую концепцию русского искусства в ХХ веке. Мы предложили переписать историю, которая в постсоветское время не писалась, и не выводить центральным явлением соцреализм, который был представлен на нашей основной экспозиции, а показать, что значительно более важными для художественной культуры прошедшего века были досоветские явления, постсоветские явления и антисоветские явления. И это, конечно, вошло в противоречие с идеологией наших оппонентов, которые генетически происходят из советских аппаратных норм. - То есть происходящее сейчас – не личный конфликт, а вполне осмысленный идеологический прессинг? - Более того: это практически военный акт. - Значит, остаётся признать поражение современного искусства? - Ну, это не единственное, что остаётся. Я думаю, что сейчас очень удачный момент, чтобы объяснить суть сложившейся ситуации новому министру культуры. Он новый человек, он дипломат, и я думаю, что именно с ним нужно обсуждать необходимость создания музея современного искусства, не как структуры кому-то подчинённой, находящейся в инородной среде, а как самостоятельной структуры. - Вы считаете, что новый министр окажется в состоянии вникнуть в проблему и решить её? Я надеюсь на это. Я рассчитываю на благоразумие, и считаю, что оно существенно отличает современных руководителей от советских. Современное искусство России имеет право на публичную жизнь, оно должно быть адекватно представлено. Наша современная культура вызывает большой интерес и в нашем обществе, и в мире – не меньший, чем традиционная и православная культуры. Современное искусство очень разнообразно, оно не сводится к творчеству групп "Синие носы" и "БГ". Мы, например, фактически с нуля восстановили историю группы "Движение" и историю русского кинетизма. Мы возродили многие художественные практики, забытые в советское время. Мы восстановили историю абстрактного искусства. Эти вещи никакого отношения к политике и идеологии не имеют, но у этого корпуса культуры есть свой зритель, ценители, на него большой спрос. Поэтому современное искусство должно иметь свою институцию, её сейчас остро не хватает. Было бы логично создать большой государственный музей, причём именно на площадях ЦДХ: не сносить это здание, а сделать из него самостоятельный музей. Двадцать лет назад для этого не было предпосылок: не было коллектива, не было крупной коллекции, не было средств и даже идей. А теперь всё это есть, и мы за это время достаточно продвинулись профессионально. Требуется только политическая воля. Я пока ещё предложений по этому поводу не внёс, но намерен сделать это в ближайшее время. |
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |