Эксклюзивная история о скандальной приостановке выхода газеты "Новое русское слово". Известный украинский бизнесмен, совладелец Media International Group Вадим Рабинович не расплатился с российским коллективом принадлежащего ему издания.
- Что произошло с "Новым русским словом"? Вернее с его евразийской версией?
- Проект заморожен. - Это вы приняли такое решение?
- Его приняла жизнь. За два года так и не родилось издание, которое стало бы цитируемым и влиятельным. Я предполагал, что оно займет пустую нишу на медиа-рынке, но не вышло. Видимо, всем нам не хватило мастерства.
- Вы не довольны тем, как работала редакция?
- Я не хотел бы так формулировать. Я бы сказал иначе. Формат газеты, который был избран, рынок не принял. Мы сейчас рассматриваем разные варианты того, как поступить с изданием дальше. Идеи есть, в том числе необычные, но решения пока нет. Я долго боролся с редакцией. Там работали умные, хорошие люди, но они, как мне кажется, повторили опыт старой "Литературной газеты" или стали неудачной версией "Московских новостей". Рынок в этом не нуждался. - Газета распространялась бесплатно?
- Нет, она продавалась. В том числе в Германии, Франции, Англии. - Плохо продавалась?
- Как вам сказать… Повторю, рынок не принял это издание. Может быть, в другом виде он его примет. Может быть, найдется более талантливый хозяин или более талантливый менеджер. Жизнь покажет.
- Вы ищете покупателя на евразийскую версию "НРС"?
- Нет.
- Насколько я знаю, вы не рассчитались с людьми, которые работали в московской редакции. Им не выплатили зарплаты за несколько месяцев. Они в связи с этим намерены обращаться в суд.
- Там все просто. Мы пошли цивилизованным путем.
- То есть?
- Наняли московскую компанию, которая занимается этой ситуацией, разбирается кто кому и за что должен. Эта компания подведет итог бизнес-деятельности редакции, заплатит, кому мы реально должны, и откажется платить, кому мы на самом деле не должны. У них есть на это право, доверенность и средства.
- Как называется эта компания?
- Я даже не знаю. Мне мои сотрудники сказали, что нашли серьезную российскую юридическую компанию, я согласился на этот вариант. Я запутался с этой бухгалтерией московской редакции, с московскими законами, с московскими рассказами. Пусть разбираются специалисты.
- Главный редактор в курсе того, что есть такая компания и на нее возложены соответствующие функции?
- Сложно сказать. Я очень хорошо отношусь к Сергею Петровичу Грызунову. Но для него вся эта история оказалась слишком травматичной. Он не понял и не принял моих аргументов, которые я ему излагал, когда приостанавливал проект. Он считает проект удачным. Но удача определяется тиражом и количеством проданных экземпляров, а не личным восприятием. Мне говорили сотрудники, которые этим занимались, что Грызунов хотел продолжить издание газеты и вроде бы нашел какую-то русскую группу, которая готова была ее выкупить… Мне доложили и я сказал: если так, пусть заберет ее бесплатно и выпускает, если есть деньги и если мы при этом не окажемся в глупом положении. Но больше, как я понимаю, он к этому предложению не возвращался. Полагаю, что сам убедился: желающих дотировать газету в таких размерах на рынке нет. Мы потратили на этот проект порядка пяти миллионов долларов. По сути, выбросили их на ветер. Заниматься этим дальше – зачем? - Вы разве ставили перед московской редакцией бизнес-задачу?
- А как же… Существовал бизнес-план, который они сами составляли. Они не только не вышли на показатели, которые были предусмотрены, но даже не приблизились к ним. Более того, с каждым месяцем газета становилась все более нерентабельной. Так что проект, повторю, неудачный. Бывает такое на рынке.