30 августа
|
|
Транспортные проблемы Москвы усугубила сегодня забастовка железнодорожников. 14 бригад, входящих в альтернативный профсоюз, отказались вести электрички на Ярославском и Горьковском направлениях. Они требуют увеличить зарплаты и вернуть льготы.От суда до суда |
Из первых рук
|
Евгений Куликов, председатель Российского профсоюза локомотивных бригад железнодорожников (РПЛБЖ), рассказал корреспонденту "И", зачем нарушил закон
Елена КАЛУЖСКАЯ - Действительно, в ноябре, когда мы подали уведомление о забастовке, администрация обратилась в суд – и он принял решение о незаконности акции. На этот раз мы решили избежать такого развития событий и провели забастовку без уведомления работодателя. А потом они могут уже обращаться в суд и признавать её незаконной. - То есть вы сознательно пошли на нарушение закона. Решение суда можно предсказать заранее. И какие последствия для участников забастовки вы прогнозируете? - Возможны попытки привлечь работников к дисциплинарной ответственности: наложить взыскания, лишить премиальных выплат, возможно, кого-то попытаются уволить. Но закон ведь защищает не только работодателя. Иногда он защищает и работников. Так, в соответствии с законом, привлечь работников к дисциплинарной ответственности вплоть до увольнения за участие в незаконной забастовке нельзя при соблюдении определённых условий. А мы эти условия будем соблюдать. - Что за условия? - По закону, работника нельзя привлечь к ответственности, если он приступил к работе на следующий день после доведения до него решения суда о незаконности забастовки. И к профсоюзу это относится: если он, получив решение суда, доведёт его до сведения работников и прекратит работу по проведению забастовки не позже, чем на следующий день, претензий к нему быть не может. Правда, это по закону, а у нас сплошь и рядом беззаконие. - Как скоро может состояться суд? - В принципе, хоть сегодня. Но мы и сами планировали однодневную забастовку: мы её закончим, даже если суда не будет. - Получается, вы можете периодически бастовать по одному дню совершенно безнаказанно? - Ну, забастовку всё-таки не так просто организовать: чтобы всё было без безобразий, анархии и прочих неприятностей. Это серьёзная работа. Часто бастовать просто невозможно. - Насколько массова ваша сегодняшняя забастовка? - В ней приняли участие около 120 человек. Это примерно 90 процентов работников утренней смены двух депо – Железнодорожного и Пушкино, которые сегодня должны были заступить на работу. Конечно, участвуют не все – часть людей работают. - Вы готовы к тому, что вас обвинят в самых разных ЧП, которые могут случиться из-за того, что поезда не ходят? - Наверняка обвинят. Но ЧП ведь происходят постоянно, когда поезда ходят – тоже. И, кроме того, закон не предусматривает для бастующих такой ответственности. - Администрация, кроме суда, использует какие-нибудь инструменты воздействия на забастовщиков? - Например, уже сегодня двоих из организаторов акции – Линёва и Павлова – пытались доставить в прокуратуру и возбудить против них административное дело. На каких основаниях – пока не понятно, но прокуроры пытаются воздействовать, как могут. Представитель Роструда, с которым у нас вполне добрые отношения, звонил, чтобы сказать, что мы рискуем эти отношения испортить. - Порча отношений с государственным ведомством – это серьёзно. А чего ваш профсоюз добился хорошего за годы существования? - Наш профсоюз, к сожалению, немногочисленный и нельзя сказать, что мы кардинально изменили отношения с работодателем. Наше влияние на уровне компании вполне сознательно ограничивают: с нами не согласуют нормативные документы и даже мнение наше не учитывают. Но на местах, там, где есть наши организации, мы участвуем в принятии локальных решений. После забастовки 2002 года была значительно повышена зарплата. Нам удалось изменить систему премирования, отменить в судебном порядке положения, дискриминирующие работников по режиму труда. Ну и много всего по мелочам: отмена взысканий, незаконных увольнений и так далее. - Но большинство позитивных результатов вам принесли не забастовки, а другие методы работы? - Да, забастовка – это практически конфронтация, скорее жест отчаяния, чем шаг к взаимопониманию. Это крайняя мера.
Развитие сюжета в рубриках:
|
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |