Бывший сотрудник службы безопасности ЮКОСа Алексей Пичугин отказался давать показания против одного из крупнейших акционеров этой компании и заявил, что на допросе к нему применялись психотропные препараты.
Сторонники Леонида Невзлина торжествуют. Противники в растерянности. Свидетели на процессе по обвинению Невзлина в подготовке убийств и покушений либо вовсе не приходят в суд, либо не дают показаний против обвиняемого, либо заявляют, что их прошлые показания – результат шантажа и давления со стороны следователей. А если являются и свидетельствуют, то оказываются клоуном Нудельманом. Судья Новиков, председательствующий на процессе, был даже вынужден обратиться к обвинителю с вопросом: "Свидетелей нет, потерпевших нет. Что будем дальше делать?"
Сам Леонид Невзлин тем не менее убежден, что "суд движется к обвинительному приговору семимильными шагами".
Другое дело, что сам по себе этот обвинительный приговор Невзлина, проживающего в Израиле, не сильно волнует. А вот качество доказательств, убедительность свидетелей, тщательность работы следователей – да, волнуют. Или должны волновать – на тот случай, если Россия поставит перед Израилем вопрос о его экстрадиции.
Однажды этот вопрос уже стоял, и ответ израильтян был отрицательным: не нашлось оснований для выдачи Леонида Невзлина. Но тогда речь шла об экономических преступлениях, за совершение которых Израиль своих граждан никогда и никому еще не выдавал. На этот раз речь может идти о преступлениях уголовных и самых серьезных – убийствах. По таким делам прецеденты выдачи из Израиля в Россию есть.
Остается доказать, что Невзлин – убийца и организатор убийств, но это пока получается плохо. Не нужно обладать большими прогностическими способностями, чтобы предсказать, что попытка получить у Израиля Невзлина после того, что происходило в Мосгорсуде на протяжении последнего месяца, обречена. Независимо от того, каким будет приговор.
Эта предсказуемая неудача Генеральной прокуратуры не станет первым ее поражением в столкновении с иностранными судебными системами.
Наиболее болезненно для Генеральной прокуратуры закончились ее попытки вернуть на родину Бориса Березовского и его окружение – Юлия Дубова, Ахмеда Закаева и покойного Александра Литвиненко. Основания для экстрадиции выдвигались разные: от измены Родине до мошенничества. Результат во всех случаях оказался одинаковым: отказ в экстрадиции в Россию, и предоставление политического убежища в Англии всем четверым.
То, что происходило в лондонских судах пять лет назад, удивительно схоже с тем, что можно наблюдать в Мосгорсуде в апреле 2008-го: беспомощные свидетели со стороны российской прокуратуры – либо путающиеся в показаниях, либо откровенно рассказывающие о давлении на них со стороны ФСБ; бездарно переведенные документы; ничем не подтвержденные обвинения. Английские адвокаты Березовского, Дубова, Закаева и Литвиненко даром ели хлеб, доказывая очевидное – обвинения и требования экстрадиции мотивированы политически.
Израильские адвокаты, судя по тому, как идет процесс в Москве, тоже не перетрудятся, спасая Леонида Невзлина от экстрадиции в Россию.
Беспомощность попыток российского правосудия вернуть на родину Невзлина и Березовского – не единственное, что объединяет эти две фигуры.
Эти люди объявили себя противниками режима Путина и в марте 2005-го сообщили, что будут координировать свои усилия в деле борьбы с ним. Потенциал для борьбы они сохранили: и тот, и другой в свое время сумели благополучно избежать репрессий со стороны этого режима и спасти свои капиталы (сейчас Березовский инвестирует, например, в Бразилии, Невзлин – в Израиле).
Но есть самая яркая черта, которая роднит Бориса Березовского и Леонида Невзлина. Даже совместив свои немалые материальные средства, организационные таланты, легендарную энергию и знание компромата на деятелей путинского режима, они добились в борьбе с ним не просто нулевого результата. Никто в последние годы не был так последовательно эффективен в деле дискредитации любого оппозиционного начинания – от расследования взрывов домов в Москве до поддержки альтернативных сил на президентских и парламентских выборах – как Борис Березовский.
Леонид Невзлин, его младший партнер, был не так заметен. На слуху только его обещания помочь правозащитному движению в России, окончившиеся пшиком, да передача подконтрольных ему средств массовой информации в ведение лояльных Кремлю олигархов, но, возможно, мы не все знаем.
Генеральная прокуратура не в состоянии привлечь к ответственности Невзлина и Березовского.
А если бы смогла?
А если бы смогла, мы наблюдали бы любопытное зрелище: открытый суд над Невзлиным и Березовским в Москве (или закрытый, что само по себе уже скандал). По обвинению в хищении "жигулей", например, или участию в неправедной приватизации. Или, скажем, по подготовке к захвату власти, причастности к терроризму, организации, в конце концов, всех заказных убийств в этой стране за последние двадцать лет, не важно.
Важно было бы послушать, конечно, не обвинения. Важно было бы увидеть, как молчат Леонид Невзлин и Борис Березовский, покорно дожидаясь приговора. О коррупции, например. Или о финансировании двух чеченских кампаний. Или о своем участии в нескольких президентских и парламентских выборах. Людям, которые в 90-е находились в центре самых бурных политических и экономических событий в России, есть о чем помолчать на суде.
И, конечно, за этим молчанием с особым вниманием наблюдали бы не мы, а многие другие участники этих событий, за время отсутствия в России Невзлина и Березовского сделавшие блестящую карьеру на государственной службе и в бизнесе.
Предположение о том, что Генеральная прокуратура просто слаба профессиональна, имеет право на жизнь. Но практика показывает, что в случае нужды – например, в делах об экстрадиции Вячеслава Иванькова, Алимжана Тохтахунова, Евгения Адамова, Павла Бородина – этот непрофессионализм не носит патологического характера. И к сбору доказательств виновности Михаила Ходорковского прокуратура отнеслась намного усерднее.
Пока неспособность российских прокуроров всерьез обвинить и доказать виновность Невзлина и Березовского похожа на сделку с правосудием. Стороны обмениваются активами: умышленная халтура одних – в ответ на молчание (или провокаторскую говорливость) других. То, что сделка заключена не по закону, а по понятиям, отечественной традиции не противоречит.
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
Оставить отзыв
Голосов за: , против: Ваша оценка:хорошо, плохо
24.04.2008 00:33
Valigleb
Много интересного сообщил уважаемый М. Шевелев..., но я не уверен: верно ли я уловил суть? Она в том, что Березовский и Невзлин... "работают" по согласованию с Москвой?. То есть, Кремль делает вид, что он их преследует, а БАБ и Невзлин, что они с Кремлем борются? В результате Кремль извлекает из этого сотрудничества двойную выгоду: сваливает на них свои преступления и... успешно борется с настоящей оппозицией!