6 июля
|
|
Эксперты МВД обнаружили новые формы самоорганизации "бритоголовых". Нападения на "инородцев", с виду стихийные, часто оказываются спланированными через интернет акциями. С декабря 2007-го в крупных городах от рук скинов погибли более 40 человек.Из жизни подполья |
Экспертиза
|
Александр Верховский, директор информационно-аналитического центра "СОВА", изучающего проблемы национализма и ксенофобии, рассказал "И", почему активизировались неонацисты
Татьяна СКОРОБОГАТЬКО - О том, что интернет используется неонацистами, известно давно. Но трудно сказать, какое место ему отводится в их организационных мероприятиях. Кто-то и по телефону прекрасно договаривается. Необходимость в интернет-координации возникает, когда планируется организовать в разных частях города синхронные нападения, в которых должны принимать участие люди, лично между собой не знакомые. Например, серия подобных нападений прошла в октябре прошлого года. Тогда несколько человек погибли, а избитых никто и не считал. Однако нужно понимать: интернет – это просто техническое средство коммуникации. Естественно, люди им пользуются. Да, это средство позволяет лучше обезопасить участников, мешает правоохранительным органам предотвратить акцию. Потому что, как правило, договариваются о ее проведении не на открытых площадках, а на закрытых форумах. К тому же если форум взломан сотрудниками милиции, и они вовремя узнали о планируемом преступлении, все равно трудно его пресечь, потому что правоохранительным органам не всегда понятно, кто именно скрывается под псевдонимами. В этом смысле договариваться по телефону опаснее – его могут прослушивать. Хотя и прослушивание можно обойти. Известно, например, что когда наци идут на большую акцию, общая установка такая: покупать дешевенькие сим-карты и использовать их, а не свои обычные. Я это к тому, что зря в наших правоохранительных органах и в головах у законодателей бродят такие идеи: как бы интернет так подрегулировать, чтобы им нельзя было пользоваться с дурной целью. Безнадежное дело. Если есть средство связи – люди им пользуются. Следуя этой логике, нужно и мобильную связь ограничить, и многое другое. Например, немало народу гибнет под колесами автомобилей... - Но что-то надо делать с активизирующимися ультранационалистами. Как бороться, по-вашему? - Честно говоря, это вопрос только качества оперативной работы. Все основные националистические группировки наперечет известны правоохранительным органам, известны и конкретные люди (их достаточно много), совершившие преступления на почве расовой ненависти. Вероятно, просто не хватает решимости провести какой-то действительно массовый отлов. Конечно, это сложно. Ведь надо не просто их "словить", а доказать для суда их виновность. Для этого поработать серьезно надо. Меня вот что смущает: число преступлений на почве национальной ненависти стабильно растет на 15 процентов в год, а число судебных приговоров за такие преступления - падает. Раньше оно все-таки увеличивалось, хотя и отставало от количества преступлений. В прошлом же году судебных приговоров было в полтора раза меньше, чем в позапрошлом. И в нынешнем их тоже пока мало. Чем это можно объяснить? Только тем, что правоохранительные органы недорабатывают. Я понимаю, что для сотрудников правоохранительных органов убийство – оно и есть убийство, безразлично, по каким мотивам совершено. И не в компетенции конкретного сотрудника определять, какое убийство расследовать в первоочередном порядке. Тут нужен "госзаказ". Что касается преступлений на национальной почве, российский Уголовный кодекс квалифицирует их как преступления повышенной общественной опасности. Значит, надо внушить органам следствия, что они должны повышенно активно этими преступлениями заниматься – а не "в общем порядке". Потому что когда занимаются "в общем порядке" – понятно, что происходит. Если из 50 убийств раскрываются 30, ясно, что раскрыты будут не те, которые представляют особую угрозу для общества, а те, которые проще раскрыть, плюс еще парочка, к которым привлечено особое общественное внимание. Легче раскрыть какие убийства? Когда по пьянке подрались, кто-то кого-то пришиб сковородкой – и тут же, рядом, уснул. Со статистикой раскрытия таких убийств у нас все хорошо. А в случае с нацистами речь идет об организованных группах. Не то что эти группы объединяют больших профессионалов – так, пацаны 18-20-летние – но тем не менее они организованные, какими-то минимальными навыками конспирации владеют. Их ловить труднее. - Как вы относитесь к заявлениям экспертов МВД, что за участниками скинхедских флеш-мобов стоят некие политические силы, целью которых было дестабилизировать ситуацию между парламентскими и президентскими выборами? - Доказательства подобных высказываний найти трудно. Даже невозможно. Лично я полагаю, что между радикальными группами националистов и какими-то политиками существуют какие-то связи. Это, в принципе, очевидно. Но какие именно эти связи, никто никогда открыто не покажет. Любой политик, вне зависимости от того, насколько уверенно он себя чувствует, будет всегда держать дистанцию с теми людьми, которые подозреваются в убийствах. Рядом постарается не стоять, хотя бы через человека. А скорее – будет соблюдать еще большую дистанцию. Я не думаю, что с помощью акций, проведенных зимой, кто-то что-то пытался дестабилизировать. У меня есть более простое объяснение. Подозреваю, что загадочный всплеск убийств в Москве в январе-феврале – это реакция московского неонацистского подполья на серию арестов, которые прошли перед этим. То есть они хотели показать, что продолжают борьбу. - Кого арестовали? - Нескольких не известных широкой общественности молодых людей – по так называемому "делу Рыно". Напомню, Артур Рыно – молодой человек, группа которого реально совершила несколько убийств и взяла на себя ответственность за совершение еще нескольких десятков убийств по мотивам расовой ненависти. Понятно, что он действовал не сам по себе, правоохранительные органы стали находить и арестовывать каких-то людей. Пока не известно, удастся ли довести дела до суда, но для их коллег по неонацистскому подполью важен сам факт арестов. Между прочим, в Питере было то же самое. Когда банду Боровикова, обвинявшуюся в ряде убийств и нападений на почве ксенофобии в 2004–2006 годах, стали постепенно отлавливать, то сразу увеличилось количество нападений. Таким образом неонацисты демонстрируют, что их не сломить. - Может, поэтому милиция их и не трогает? Тронь одного – только хуже будет? - Если такой мотив действительно присутствует, это не очень разумная тактика на фоне стабильно увеличивающегося количества преступлений на расовой почве. |
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |