Бесплатный сервис

См. также

"Телевизор" выгнали на площадь

MySpace решил заняться раздачей бесплатной музыки

Королева Елизавета II озаботилась грязью на "Гластонбери" (Фото)

Врачи упрашивают гитариста Rolling Stones завещать тело науке (Фото)

Земфира избила журналистку за вопрос о Литвиновой (Фото)

Группа Queen выпустит первую песню за десять лет

Глобус с автографом Мадонны уйдет с молотка (Фото)

Москвичи простились с Владимиром Трошиным (Фото)

Путин усилил поддержку музыкальных коллективов

Пол Маккартни собрался в мировое турне (Фото)

Новости партнёров

Загрузка ...

Новости SMI2

Новости RedTram

Загрузка ...
 
Первого мая Михаил Борзыкин и группа "Телевизор" выступят на Пионерской площади Санкт-Петербурга в рамках марша оппозиции. Накануне стало известно, что эфир с группой "Телевизор", назначенный на 24 мая на питерском телеканале "100-ТВ", отменён.

Объединенная оппозиция против "коричневых языков"

Из первых рук
Лидер группы "Телевизор" Михаил Борзыкин ответил на вопросы "И"
22.04.2008 16:48

Оставьте отзыв

Михаил Борзыкин

Михаил Борзыкин

Елена КАЛУЖСКАЯ

- Вы считаете, что группе "Телевизор" отказали в эфире на "100-ТВ" из-за вашего участия в "Маршах несогласных". Это у вас первый случай гонений за оппозиционность?

- Нет, особенных гонений на нас не устраивают. Нас мало, и мы пока незначительны – и как рок-группа, и как оппозиция. На фоне стадионных кремлёвских рок-музыкантов – особенно. Поэтому как-то прицельно нас давить глупо, и мы пока ходим, где хотим. Но чтобы понять, что за процессы вокруг развиваются, не нужно быть семи пядей во лбу и не нужно ждать, пока тебе начнут объяснять, что у тебя в текстах не так. Один визит на тот же "Марш несогласных", и всё становится ясно: кто агрессивный, кто интеллектуал, кто маргинал. Я в первый раз и пошел на марш, чтобы просто понять ситуацию.  

- Узнали что-то принципиально новое?

- Скорее рассмотрел в подробностях лицо нашего государства и обнаружил много старого, казалось бы, забытого. Калекой не стал чудом. Я вообще пошёл на марш потому, что жизнь стала слишком сильно напоминать конец брежневского времени с его цензурой.

- Когда вы почувствовали, что надо что-то делать?

- Года два назад. Тогда впервые стала остро ощущаться нехватка воздуха.  Понятно, что к тому всё шло, но были надежды, что это временно, что гайки перестанут закручивать. Но потом стало ясно, что не перестанут. И лозунги очень знакомые зазвучали, и мифы про Россию, которая "встаёт с колен", об "американских врагах"... Нас ещё в семьдесят девятом году на школьных линейках учили Америку ненавидеть – ничего нового. Какие люди, такие и методы: в КГБ ничему другому не учили, да и в обкомах партии была своя закалка, которую невозможно не узнать по "методике ведения работы". Поэтому меня очень смущает появление огромного количества молодых людей, пребывающих в восторге от Советского Союза, которого не видели.

- Вы надеетесь изменить ситуацию или вами просто движет отвращение к происходящему?

- Во-первых, необходимо высказаться  - чтобы не перестать себя уважать, чтобы не чувствовать себя трусом. Иногда молчать – всё равно, что врать. Говорить то, что думаешь – это, конечно, внутренняя потребность. Особенно когда видишь, как многие сограждане и коллеги по рок-н-ролу поджали хвосты или активно ими завиляли. Это ужасно неприятно. У нас тут появилось целое сообщество "коричневых языков", как их называют.

- Это от "коричневой чумы" образовано?


- Нет. Это от лизания того, что они подлизывают. Лучше не углубляться. И люди знакомые, и симптомы известные.

- Желание перемен – это очень понятно, но насколько они возможны?

- Ну, прогнозировать такие вещи – не моя специальность. Но, как утверждают знающие люди, приближается экономический кризис. Внутри власти нарастают разногласия, они там вот-вот передерутся, как пауки в банке. И есть ещё масса факторов, которые быстро меняют ситуацию. Политический кризис может произойти очень скоро: не думаю, чтобы мы на этот раз снова застряли на семьдесят лет.

- Но на десять-двадцать вполне можем…

- Процессы сейчас ускоряются. Я помню, как в 85-м году в нас тыкали пальцем и говорили – "вы идиоты, если всерьёз думаете, что можно что-то изменить, советская власть – это навсегда". И я помню, как через пять лет мы очутились в совсем другой стране. Тогда казалось, что прошлое не вернётся. Но оно вернулось, хотя уверен, что ненадолго.

- Получается, что оппозиция протестует просто потому, что молчать  унизительно, а не потому, что знает, как добиться перемен?

- Есть те, кому просто противно, но есть и люди, имеющие продуманные концепции и программы.  На самом деле, утверждение, что сложившуюся систему трудно реформировать – тоже миф. Посмотрите на Эстонию: она стала страной с самым низким уровнем коррупции в мире. А ведь тоже долго были советскими людьми. И у российской оппозиции есть программа – нам просто говорят, что ее нет, потому что многим хочется, чтобы не было. Проблема не в программе, а в том, что народ  никак не проснётся. Люди  обсуждают жизнь, сидя на кухнях, а от кухни до площади – большой путь. Пока они, к сожалению,  волнуются за свои кредиты и ипотеки и сопротивляются, только если на них наехали, а выйти боятся.

- Не так уж они и боятся. Может, просто хотят покоя?

- Да, есть такое ощущения. Сейчас в активном возрасте находится поколение, родившееся в семидесятые – в эпоху полнейшего застоя. Они разные, но что-то общее им привили – какую-то угрюмость, баранью покорность. У них масса аргументов, оправдывающих нежелание что-то делать. Свою роль играет и молодость, проведённая во времена эйфорического потребления в начале девяностых, и дискотеки, где двадцатилетние жрали "кислоту" пачками. А это не алкоголь, тут результат – просто выжженные мозги. Но вслед за этим поколением идет другое. Я вижу шестнадцати-восемнадцатилетних детей, рассуждения которых совсем нового качества,  у них другое мировоззрение. Вспомните акцию против ментовского беспредела в Москве – это было ярко и по делу.

- Они, кстати, подчёркнуто не хотят консолидироваться с политическими силами – ни с "кремлёвскими" вроде "России молодой", ни с оппозиционными партиями, ни с ОГФ.

- Да,  они выступают за конкретные вещи: "Мы не с "Россией молодой" и не с Каспаровым – мы требуем, чтобы выпустили мальчика из тюрьмы". Это правильно, я согласен. Но чтобы не отбивать постоянно конкретных мальчиков у этой машины, надо всё-таки объединиться всем, кого она не устраивает, и демонтировать её.

- А вы ассоциируете себя с какой-нибудь конкретной политической платформой?


- Я питаю симпатии скорее к объединённой оппозиции, чем к какой-нибудь партии. Кабинетных политиков мне по горло хватило, их манёвры  меня не очень занимают. Мне ближе люди, которые находятся в живом потоке и отстаивают простые и понятные мне вещи – свободу слова, выборы, прозрачную судебную систему, контроль над милицией и над другими государственными структурами. Это всё необходимо и мне лично, и стране.

Развитие сюжета в рубриках:   Новость    Из первых рук    Документ  

Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.

Оставить отзыв
 
Голосов за: , против:
Ваша оценка:  хорошо,  плохо
 
Загружается, подождите...

Избранные ресурсы




Jaeger Le Coultre replica watches PROVEDAL