Идти или не идти?

Борис НЕМЦОВ, бывший депутат Госдумы, бывший вице-премьер правительства РФ:

Все зависит от курса, который будет выбран. Если будет продолжен путинский курс, то, конечно, не стоит. Если начнется демонтаж этого безобразия  и будут восстановлены конституционные права граждан, отменена цензура, восстановлен институт выборов, тогда это вполне реально. Власть должна продемонстрировать, что собирается соблюдать базовые положения конституции.

Надо ли осуждать демократов, которые пойдут во власть при существующем положении дел? Не судите, да не судимы будете. Я считаю, что подобное занятие дискредитирует демократического политика. Но, в конце концов, у него есть своя голова на плечах. Если хочет идти во власть, пусть идет.  

Но я знаю, что это практически бесполезное дело  - в том смысле, что изменить всерьез ничего нельзя. Система, которая  зарекомендовала себя на уровне лукашенковской, не изменится путем вхождения в нее отдельных демократически настроенных личностей. Она может мимикрировать, но останется прежней.

Ирина ХАКАМАДА, президент фонда "Наш выбор":

Это зависит от взглядов каждого отдельного политика. Если кто-то принципиально считает, что в его силах, войдя во власть, что-то изменить в государственной политике и у него есть опыт демократических преобразований, то пожалуйста - пусть попробует. Если кто-то думает, что ничего изменить невозможно, а власть будет только использовать демократов в своих целях, то пусть не идет во властные структуры.

Пусть каждый поступает так, как считает нужным. Лично я не знаю, можно ли что-то изменить внутри власти. Я была в одном правительстве с демократами и то ничего изменить не смогла: малый бизнес до сих пор все обсуждают.

В любом случае я не считаю, что то или иное решение тех или иных демократически настроенных политиков следует осуждать. Пусть каждый решает за себя.

Евгений ГОНТМАХЕР, руководитель Центра социальной политики Института экономики РАН:

Мне кажется, это индивидуальный выбор для каждого политика. Универсального рецепта здесь нет. Многое зависит от того, что человек намерен делать.

Если политик намерен, войдя во власть, наслаждаться ей под прикрытием того, что она якобы демократическая, то это, конечно, плохо. Если же он собирается идти во власть, чтобы что-то реально менять, то это почти безнадежная ситуация.

Но в любом случае его вряд ли можно осуждать. Если демократически настроенному политику есть что предложить власти, и он думает, что власть может это как-то в хорошем смысле использовать, то почему бы не попробовать? В крайнем случае, всегда можно из власти уйти. Но, повторюсь, шансы на перемены невелики.
 
Владимир РЫЖКОВ, публицист, депутат Госдумы I - IV созывов:

Мне кажется, это сугубо индивидуальный вопрос. Каждый политик должен решать его сам. Конечно, если это лидер или один из лидеров партии, то ему следует посоветоваться с однопартийцами, так как он несет ответственность перед своими людьми.

Идти во власть, не выдвигая ей условий, нельзя, в противном случае это означает просто службу и выполнение приказов. Человек с убеждениями так никогда не сделает. Если же будут гарантированы реформы, прежде всего политические – регистрация оппозиционных партий, отмена цензуры СМИ, освобождение политических заключенных, прекращение незаконных действий спецслужб по преследованию оппозиции, –  тогда такую программу можно поддержать. Но я не верю, что она будет объявлена. Я думаю, что все останется, как сейчас.

Если либеральный политик пойдет во власть, а власть будет делать то же, что сегодня,  это, безусловно, достойно осуждения. Это означает, что данный человек просто не имеет взглядов и действует в силу чистой конъюнктуры.

Илья ЯШИН, лидер молодежного "Яблока":

Я думаю, что для по-настоящему оппозиционных политиков участие в органах власти, к которым имеют отношение люди из команды Путина, абсолютно неприемлемо. Совершенно очевидно, что никаких  действительно либеральных реформ проводить в этой системе совершенно невозможно.

Участие демократов, людей с приличной репутацией, в этой команде может быть использовано властью только с одной единственной целью – их будут использовать в качестве фигового листка для того, чтобы прикрывать в глазах Запада наши внутренние непристойные делишки.

Если кто-то хочет, чтобы его использовали в таком ключе, пожалуйста – это индивидуальный выбор каждого. Но мне кажется, если мы действительно хотим что-то изменить в нашей стране, то участвовать в таких сомнительных организация как правительство Путина-Медведева или других органах власти, абсолютно недопустимо.

Дмитрий ОРЕШКИН, политолог:

Я считаю, что либеральным политикам имеет смысл идти во власть. Ведь все авторитарные и тоталитарные лидеры меняют свою политику не оттого, что они решили стать добрыми по отношению к своему народу, а оттого, что они технически вынуждены ослаблять свое полновластие из-за экономических или внешнеполитических ограничений.

Конечно, можно еще долго сидеть на нефтяной игле и целиком зависеть от мировых цен на этот продукт. Но для того, чтобы Россия была экономически притягательной страной, чтобы она могла стать реальным центром силы в современном мире, необходимо развивать конкуренцию и обеспечивать бизнесменов правовой основой для неприкосновенности их собственности.

Поэтому я считаю, что реформа РАО ЕЭС, которую проводит Чубайс  для демократизации России является гораздо более существенным шагом, чем наличие СПС в государственной думе. Ведь одно дело, когда мы имеем единую государственную монополию на производство электричества, которая соответственно может быть продавлена по команде из Кремля. А другое, когда у нас есть 50 или 70 электрических заводов, в каждом из которых есть доля иностранного капитала и каждый из которых нуждается в привлечении средств через свободный рынок.

Аналогично необходимо провести действительно эффективную пенсионную реформу. Пенсионеры должны понимать, что размер их пенсий зависит от курса акций ценных бумаг и от фондового рынка. Если это произойдет, то эти 40 млн человек самым живейшим образом будут превращены в наиболее активных защитников демократии и либеральной рыночной среды. Потому что именно в этих условиях курс акций растет, и соответственно увеличиваются пенсии. Решение проблемы с пенсионным обеспечением - это не только гуманно по отношению к старикам, но и создает необратимость либеральных реформ.

Но как все это можно сделать, не сотрудничая с властью? Я понимаю, что можно высказать массу претензий господину Лукину за то, что он делает далеко не все, что от него ждет либеральная общественность. Но, тем не менее, наличие господина Лукина гораздо лучше, чем его отсутствие. Точно также наличие господина Артемьева, который руководит федеральной антимонопольной службой, гораздо важнее, чем его отсутствие.

Противоположная точка зрения всегда, мне кажется, отдает каким-то ленинизмом. Ленин говорил, что чем хуже, тем лучше и хотел, чтобы царская экономика рухнула как можно скорее, поскольку в этой ситуации он мог захватить власть. Если вас интересует будущее России, а не обладание властью, то вам следует взаимодействовать с нынешней властью, какой бы она неприятной не была.

В политическом смысле позиция очень невыгодна, так как в нашей культуре непримиримость ценится выше, чем конформизм. Но в долгосрочном режиме люди, которые идут на компромисс, осуществляют следующий шаг к реальной демократизации. Так что в органах власти должно быть больше людей, понимающих, как на самом деле работает экономика, то есть либерально мыслящих экспертов.
 
Дмитрий ФУРМАН, главный научный сотрудник Института Европы РАН:

Вопрос об участии демократов во властных структурах при новом президенте совершенно аналогичен вопросам советской эпохи, которые стояли перед всеми оппозиционно и демократически мыслящими людьми: надо ли вступать в партию и занимать руководящие должности?

Люди решали эти вопросы по-разному. Кто-то категорически не шел на подобные компромиссы, кто-то на них шел. Нельзя сказать, что первые были безоговорочно хорошими и честными людьми, а вторые – наоборот. Потому что отказ от компромиссов в определенных ситуациях порой влечет за собой еще более сложные компромиссы. Точно так же нельзя сказать, кто из этих людей в конечном счете был исторически прав -  ведь советская власть пала, прежде всего, сверху.

Похожая ситуация наблюдается и сейчас. Каждый демократически настроенный политик должен решать этот вопрос самостоятельно. В зависимости от своей совести, от ощущения своих сил и от своего понимания ситуации. На мой взгляд, никаких рекомендаций общего характера здесь быть не может.  

Виктор ШЕЙНИС, главный научный сотрудник ИМЭМО РАН, эксперт в области избирательного законодательства:

Не могу ответить на этот вопрос однозначно. Я не считаю, что вхождение демократов во властные структуры исключено. Но это возможно при определенных условиях, которые, как я понимаю, Медведев скорее всего не собирается претворять в жизнь.

Под этими условиями я подразумеваю превращение выборов в настоящие выборы, допущение оппозиции на телевидение и независимость судебной системы, что требует определенных кадровых перестановок.

Мы также должны отказаться от хулиганской внешней политики и перейти к конструктивному поиску сотрудничества, не допуская ситуаций, аналогичных той, которая произошла с Британским советом.

Если эти условия будут достигнуты, демократически настроенным политикам имеет смысл входить во властные структуры. 

Развитие сюжета в рубриках:   Новость    Опрос    От автора