22 ноября
|
|
Заместителю председателя Политсовета СПС Леониду Гозману отказали в возбуждении уголовного дела по инциденту, связанному с его задержанием накануне парламентских выборов. Тогда, во время Марша несогласных, милиционеры сломали Гозману руку.Клеветал, но без злого умысла |
Из первых рук
|
Заместитель председателя Политсовета СПС Леонид Гозман рассказал о своей переписке со следователем Левым
Людмила ВАСИНА - Кончено, представил. Но в письме, подписанным следователем Левым, указано, что "проведенное обследование медицинских документов" убедило следователей: руку мне не ломали. Это любопытно, потому что никакого освидетельствования в милиции мне не проводили. Я же вместе с моим адвокатом сразу после того, как меня отпустили из 79-го отделения милиции Санкт-Петербурга, поехал в ближайший травмпункт. Там мне сделали рентген и поставили диагноз – перелом. Что зафиксировано документально. На следующий день этот же диагноз подтвердили в поликлинике, к которой я прикреплен. Месяц рука была в гипсе. - Больше в письме следователя ни о чем не говорится? - Ну почему же? Это довольно пространный документ, в котором подробно излагается точка зрения правоохранительных органов на то, что происходило в тот день в Питере. Как представителям оппозиции запрещали идти по тому маршруту, который они выбрали, какую переписку с властями вели организаторы Марша и прочие чрезвычайно полезные и, главное, "новые" для меня сведения. Страниц восемь…Но кое-что неожиданное для себя в письме я все-таки нашел. Например, следователь подтвердил, что милиция во время разгона Марша применяла дубинки, раньше это отрицалось. Ну и самое замечательное. Следователь Левый сообщил мне, что не станет привлекать меня за клевету, потому что я не осознавал, что сообщаю заведомо ложные сведения. Т.е. не со зла рассказывал про сломанную руку, а так, по дурости. - Вы будете обжаловать это решение? - Это уже невозможно сделать. Письмо датировано 26 декабря, отправлено 21 января, доставлено в московское почтовое отделение 28 января, а ко мне в почтовый ящик попало 20 марта. Но дело даже не в этом. Я все равно бы не стал обжаловать. В условиях нашей правоохранительной системы это бессмысленно. К тому же у меня, как я уже говорил, нет претензий к тому парню, который сломал мне руку – неприятная случайность, не более того. У меня претензии совсем к другим людям – к тем, которые запрещают мирный протест, натравливает молодых ребят в милицейской форме на соотечественников, а из нормальных граждан делает революционеров.
Развитие сюжета в рубриках:
|
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |