Отменено решение о выселении тысячи студентов из общежития Российской академии музыки им.Гнесиных, которое сегодня должны были начать судебные приставы. Об этом сообщил протестующим студентам ректор, пообещав подтвердить свои слова письменно.
Анна, студентка Академии имени Гнесиных, живущая в печально известном общежитии, ответила на вопросы корреспондента "И", попросив не называть её фамилию
- Анна, очевидно ли вам, что здание общежития, где вы сейчас живёте, находится в аварийном состоянии? Как вам, жильцам, объясняют причины объявленного выселения?
- Никаких видимых признаков аварийности мы не замечали. О выселении с нами вообще толком никто не разговаривал. Просто 5 марта пришла бумага от судебных приставов, что 11 марта мы должны покинуть общежитие. Правда, сегодня утром к нам пришёл ректор и в присутствии прессы пообещал, что выселения не будет. Это был первый за всё это время визит ректора. Мы попросили документ, подтверждающий его слова, потому что иначе, если нас начнут выселять, никаких доказательств слов ректора у нас не окажется. Сегодня группа студентов идёт в ректорат, чтобы получить письменную гарантию, что нас оставят в покое.
- По чьему распоряжению к вам должны были явиться приставы?
- По решению Савёловского суда, которое было принято ещё в октябре прошлого года, но мы о нём узнали только неделю назад. Там говорится, что жильцы должны выселиться на 30 дней, поскольку пребывание в здании создаёт опасность здоровью. - А сегодня решено, что угрозы здоровью больше нет?
- Мы не можем этого сказать. Абсолютно не понятно, кто и как принимает эти решения. Пристав сегодня не пришёл – это факт, но никаких гарантий, что он и не придёт завтра, у нас пока нет.
- Когда вам объявили о выселении, вам сказали, куда вас поселят на эти 30 дней?
- Нет. Мы предположили, что просто выгонят на улицу – какие могут быть варианты? Сегодня мы в первый раз услышали от ректора в сообщении, которое он делал для прессы, что для нашего переселения строится здание. Причём прямо рядом с общежитием. Звучало это очень странно: никакой стройки мы здесь не видим.
- То есть сегодня примерно 1000 человек должны были выселить в дом, который только собираются строить?
- Да. Это абсурд. И не только это. Например, суд решил нас выселить 11 марта ещё в октябре, нам сообщили об этом 5 марта, а ректор пришёл в первый раз в момент, на который назначено выселение – это разве не абсурд? Ни один человек из администрации нам ни разу ничего не объяснил и ничего не рассказал внятного о нашем ближайшем будущем. Студенты собираются вместе и пытаются анализировать происходящее, но делать это при полном отсутствии информации трудно. Наша вчерашняя акция в "Атриуме" на Курской – протест против информационного вакуума, в котором мы вынуждены существовать. Мы не знаем, что вообще делать в такой ситуации.
- По вашему ощущению, ректор защищает ваши интересы, или он за одно с городской администрацией, которая, очевидно, заинтересована либо в здании общежития, либо в площадке, на которой оно стоит?
- Мы стараемся избегать политизированных версий и не вникаем в эти вещи.
- Где же здесь политика? Это сплошная экономика.
- Я понимаю, о чём вы говорите, но анализировать слухи, которых среди студентов ходят тысячи, совершенно бессмысленно. Мы просто не знаем, кто за этим стоит и чьи интересы здесь замешаны. Мы хотим элементарного: чтобы у нас не отбирали жильё, которое нам положено, как студентам Академии.
- Думаете, вы отстояли своё право на общежитие?
- Нет, мы по-прежнему не уверены в этом. Нам обещали, но слова – это не документ. Общежитие не спит пятый день: практически все стали активистами. Во вчерашней акции участвовали более 500 человек – половина всех жильцов.
- Депутаты, представители каких-нибудь партий вам пытались помочь?
- Не буду отвечать на этот вопрос, потому что мы не принадлежим ни к каким политическим партиям и далеки от политики. - Дело ведь не в ваших взглядах, а в том, что прямой долг депутатов защищать ваши интересы. Депутаты для этого и существуют...
- Я могу сказать, что нам помогают очень хорошие люди из Госдумы, которые делают это не в политических целях, а из реального сочувствия к нам. Но называть я их не буду – им этого не нужно.