Дмитрий Медведев набрал более 68 процентов голосов. Однако в должность президента он вступит, когда состоится инаугурация. Только потом Медведев официально сделает предложение Путину, от которого тот не сможет отказаться.
В конце 80-х Михаил Сергеевич Горбачев боялся довести до конца дело, им самим начатое, и сопроводить свободу экономическую свободой политической. Ему казалось, что страна к этому не готова. Из этого его страха образовался Борис Николаевич Ельцин. Он говорил, что ничего не боится, и в августе 91-го доказал это. Мы за него проголосовали.
В конце 90-х выяснилось, что есть вещи, которых боится и Борис Николаевич Ельцин. Ему надо было решить: сохранить демократию, или на время (как ему казалось) ее заморозить. Он выбрал второе, вероятно, потому, что испугался за детей, которые слишком буквально поняли экономическую свободу. Из этого его страха образовался Владимир Владимирович Путин. Он тоже говорил, что ничего не боится. Мы за него проголосовали, и он стал демонстрировать свое бесстрашие на многочисленных примерах: Чечни, Гусинского, Беслана, Ходорковского…
В начале 2000-х выяснилось, что и Владимир Владимирович Путин тоже чего-то боится. Иначе не надо было ему так настойчиво заводить при себе Дмитрия Анатольевича Медведева. Возможно, именно своего былого бесстрашия опасается Владимир Владимирович Путин.
Не в первый раз в российской истории неприятности происходят из-за испуга. Александр II в середине девятнадцатого века не решился сопроводить отмену рабства свободным доступом к земле. Этот испуг погубил и его (2 марта 1881 года) и страну (25 октября 1917-го).
Чего испугается в свое время Дмитрий Анатольевич Медведев? Того, что ему станут припоминать близость к Путину? Или попытку отстраниться от него? На самом деле, это не имеет значения. Как не имела значения робость и нерешительность Николая II в начале прошлого века. Боязливость его предшественников породила такие социальные и политические процессы, с которыми он не совладал бы, даже обладая железным характером.
Дмитрий Анатольевич Медведев стал первым за последние двадцать лет руководителем, за которого проголосовали не потому, что он смел, он таким себя не представлял – а потому, что у него хорошие, по мнению большинства, рекомендации. Но мужество Медведеву определенно понадобится. Проблемы, с которыми он столкнется, есть результат фобий, страхов, нерешительности и Горбачева, и Ельцина, и Путина. Медведев либо признает это, либо добавит к ним свои. Вот тогда мы опять станем ждать решительных и дерзких революционеров, способных сделать то, что не удалось робким и бесхребетным реформаторам. Боюсь, дождемся.