В Ингушетии в рамках акции "Я не голосовал" 54,5 проц. граждан, достигших 18-летия, письменно заявили, что не ходили на выборы 2 декабря. Это противоречит официальной информации, согласно которой в республике явка на выборы превысила 98 проц.
- Информация об акции "Я не голосовал!" впервые появилась на вашем сайте...
- Именно сайт стал ее организатором. Дело в том, что только в первой половине дня 3 декабря к нам обратились около 900 жителей республики, возмущенных цифрой, объявленной властями Ингушетии по итогам выборов 2 декабря: 98-процентная явка! Люди писали, что не участвовали в выборах и высказывали предположения о том, что явка явно завышена. Так родилась идея проведения акции. А правовое сопровождение взяла на себя моя юридическая компания.
- Вы вчера получили все собранные в ходе акции заявления?
- Да, на "Газели" из Ингушетии доставлено 290 папок.
- Что дальше?
- Для начала надо решить, завершаем акцию или продолжаем. Дело в том, что еще остались не охваченными несколько населенных пунктов. Но там возникли серьезные препятствия: наших людей, которые ходят по дворам, проводя опросы населения, попросту вылавливает милиция. Так что будем думать, достаточно ли уже собранных заявлений, чтобы приложить их к обращению в Генпрокуратуру или все же будем стараться охватить опросом все население республики.
Если примем решение, что собранных материалов достаточно, будем писать заявление в Генпрокуратуру о проверке соблюдения законодательства в ходе проведения выборов на территории Ингушетии. К нему будут приложены нотариально заверенные копии всех заявлений граждан. Оригиналы отдавать мы боимся: вдруг потеряются? Так что еще предстоит огромная работа по заверению копий.
- Это работа не только трудоемкая, но и дорогостоящая. Как и проведение опросов. Кто финансирует акцию?
- В том числе и я. Знаете, в республике сейчас очень много людей, которые готовы вложить свои деньги в наведение порядка. Всем надоела нынешняя республиканская власть, произвол, коррупция... Люди приходят и сами помощь предлагают. Готовы скинуться на общее дело. Говорят: "Неужели в Москве не видят, что тут у нас происходит? Не понимают, что якобы достигнутые экономические успехи - обман? Где, например, эти 70 заводов, про которые отрапортовали, что они построены?"...
Вообще то, что мы сделали, опросив людей, никто в истории нигде не делал. Фактически, мы провели крупномасштабное изучение общественного мнения. И мнение это – не в пользу ингушских властей.
- На 26 января в Назрани запланирован митинг в поддержку курса Владимира Путина, среди организаторов – и вы. Так и власти Ингушетии этот курс поддерживают. В чем расхождения-то?
- Да, завтра мы собираемся подавать заявку на проведение митинга. Да, в поддержку курса президента России Путина. Но какого курса? Курса на борьбу с терроризмом и коррупцией. С нашей точки зрения, этому курсу власть Ингушетии не следует.
- Вы верите, что будет проведено честное разбирательство по собранным вами заявлениям?
- Надеюсь. Ведь, судя по этим заявлениям, действительно были нарушены законы. И люди, во-первых, пишут, что голосовать не ходили. А во-вторых, просят проверить предположение, что кто-то расписался за них в получении бюллетеней – ведь выясняется, что при объявленной явке в 98 процентов как минимум половина населения не голосовала...
Мы, кстати, располагаем копиями нескольких явно сфальсифицированных протоколов избирательных комиссий (удалось их достать). Известно, что в протоколах должны указываться паспортные данные голосовавших. Так вот, просмотрев полученные копии протоколов, мы испытали шок. Одной рукой заполненные графы, в нескольких местах – одни и те же паспортные данные на разных людей, одни и те же подписи... У тех, кто это делал, не хватило времени и сил вписывать разные паспортные данные... Механически заполняли эти бумаги, чтобы только явку "сделать".
- Не боитесь, что на людей, написавших заявления в ходе акции "Я не голосовал!", начнется давление и они попросту откажутся от этих заявлений? Скажут, что вы их обманули и т.д.
- Заявления написали более 80 тысяч человек. Пол-республики. У власти сил и средств не хватит ходить и на каждого давить. Возможно, запугают несколько десятков человек. Ну 100. Ну 200... Весь народ очень трудно запугать.
- А весь и не нужно. Достаточно добиться от 100 человек, чтобы они отказались от своих подписей – и на этом основании развернуть кампанию дискредитации всей акции и ее организаторов...
- Мы прогнозируем следующее. Сейчас наше заявление с папками попадет в Генпрокуратуру. Генпрокуратура направит все это для дальнейшей проверки в прокуратуру республики Ингушения – так у них принято. Республиканская прокуратура поручит районным и городским прокурорам провести проверку, разбросает эти папки по адресам. В районах по 10-15 человек они обработают, добьются отказа: мол, мы не подписывали (или – нас ввели в заблуждение). На основе показаний этих десяти человек будут писать отказ в возбуждении уголовного дела (основание: факты не подтверждаются). И, конечно, будут с использованием телевидения нас, организаторов дискредитировать, обвиняя в фальсификации этих заявлений. Мы прекрасно понимаем, насколько высока вероятность именно такого развития событий.
- Допустим, все районные и городские прокуратуры Ингушетии написали отказы в возбуждении уголовного дела...
- Тогда мы имеем право инициировать процедуру возбуждения дела в Страсбургском суде. Потому что нарушен целый ряд конституционных прав граждан, предусмотренных Европейской Конвенцией по правам человека.
- Европейский суд по правам человека примет такое заявление? Разве в случае отказа в возбуждении уголовного дела гражданин не обязан пройти еще целый ряд этапов на родине, прежде чем обращаться в Страсбург?
- По закону, мы должны обжаловать отказ в возбуждении уголовного дела. Но ведь понятно, что это обжалование тоже ничего не принесет, а процедура затянется на годы... Но не хочу сейчас это обсуждать. После первых полученных отказов будем решать, как действовать дальше. Постараемся все четко юридически выверить.