Сегодня премьер-министр Польши Дональд Туск посетил Прагу, где провел переговоры с руководством Чехии. Центральное место на переговорах занял вопрос возможного размещения на территории Польши и Чехии объектов ПРО США.
АннаРУДНИЦКАЯ, специальный корреспондент журнала "Русский репортер" — специально для "И"
Несмотря на вполне детское время – около восьми вечера – трезвых в пражском баре «Иерихон» в холодный день 3-го января уже практически не было. Девяносто процентов обитателей заведения составляли мужчины, сидевшие за барной стойкой; несколько пар за столиками стилистического единства не нарушали. Нас было четверо, и мы говорили по-русски. Мы даже подумали, осматривая длинное меню, состоящее только из выпивки без никакой закуски, не лучше ли отсюда убраться. Но было поздно: звуки нашей русской речи уже донеслись до сидящих за стойкой, и они двинулись к нам. С рюмками "бехеровки" и стаканами пива в руках, чтобы угостить гостей.
В дальнейшие полтора часа мы узнали, что: большинство сидевших за стойкой или бывали в Москве, или учились с Ленинграде, или то и другое вместе; владение русским языком – это огромное счастье для каждого, а для чеха к тому же – признак интеллигентности; наше появление в «Иерихоне» - огромная радость для всех присутствующих. Но к концу второго часа общения разговор все же свернул на самую ожидаемую в этом контексте тему – 1968 год. Лейтмотив этого разговора был такой: «Вы не обижайтесь, но мы все помним. Но вы не обижайтесь!»
- Теперь-то мы понимаем, что русские и советские – это не одно и то же, - объяснил Станислав, на вопрос о роде занятий ответивший «получаю удовольствие от жизни», а дату рождения назвавший сам, без всяких вопросов – сентябрь 1968 года. В руке у него была только что вышедшая на чешском книжка француза Жан-Клода Каррьера, сценариста многих фильмов Бунюэля и Формана, посвященная событиям 1968-го года в Париже и Праге. Станислав возбужденно зачитывал мне какие-то отрывки из нее, я не понимала по-чешски и спрашивала, почему его так волнуют эти события, если он не застал их даже младенцем.
- Я чувствую, что многое в моей жизни определилось именно тогда, - отвечал он.
Мне досталась другая книжка. В Питере в квартире родственников, которым я стала рассказывать про сцену из бара «Русские в Праге», обнаружился экземпляр произведения под названием «К событиям в Чехословакии: факты, документы, свидетельства прессы и очевидцев». Вместо фамилий автора, редактора или хотя бы корректора скромная запись – «Пресс-группа советских журналистов». Хотя анонимные создатели могли по праву гордиться собственной оперативностью: дата подписания в печать – 13 сентября 1968 года, с момента вторжения в Прагу советских танков не прошло и месяца, а труд написан, сверстан, снабжен фотоиллюстрациями и напечатан тиражом 300 тысяч экземпляров.
«Заговор контрреволюционных сил, поддержанных извне империалистической реакцией, создал прямую угрозу социализму в ЧССР…», «линия реакционных сил состояла в том, чтобы столкнуть Чехословакию в империалистический лагерь», «в своей подрывной работе реакционные элементы не брезгали никакими средствами», - выделяет жирным шрифтом группа авторов ключевые мысли, которые должна, по всей видимости, прежде всего усвоить целевая аудитория издания – агитаторы, призванные нести свет знаний о «пражской весне» в массы (300 тысяч – тираж по тем временам почти штучный). А подписи к фотографиям? «Провокаторы выкрикивают злобные антисоветские лозунги», «Горят подожженные бесчинствующими молодчиками машины», «Советские воины гасят танк, подожженный террористами», и на сладкое – «Советские солдаты помогают чешским крестьянам убирать урожай…»
Я читала этот труд со смешанным чувством – омерзения и… радости. Машинально сравнивая «Факты, документы, свидетельства очевидцев…» с текстами российских газет, даже в их нынешнем состоянии, я радовалась очевидной пропасти, которая все еще разделяет эти пресс-группы. Радовалась, пока не вспомнила, как меня вполне физически тошнило в Киеве от сюжетов российских каналов про события на Майдане в ноябре-2004 – тошнило от беззастенчивости вранья и иезуитства формулировок, которые не имели ничего общего с происходящим на моих же глазах.
У нашего с обитателями «Иерихона» интереса к печатному слову – хоть Жан-Клода Каррьера, хоть пресс-группы советских журналистов – общие корни: мы понимаем, что настоящее и будущее определяется прошлым. Но есть и разница. Для Станислава мемуары о 1968-м годе – все-таки книжка по истории, пусть и недавней. Истории, которая в его стране уже не повторится – он в это верит. А для меня труд пресс-группы советских журналистов – повод задуматься над тем, что происходит сейчас.
Хорошо, что чехи не ставят знак равенства между советскими танками и русскими людьми. Но как же не хочется их разочаровать.
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
Оставить отзыв
Голосов за: , против: Ваша оценка:хорошо, плохо
11.01.2008 18:15
Maik61
Да Чехословакия это трагедия и постыдный факт! Ну а вот майдан, так им и надо. Пусть пожинают свое Дер...мицо. И пусть смотрят люди к чему может привести популизм и продажность. А вам автор, желаю это похлебать со свободным независимым украинским народом.