2 декабря
|
|
В столичном офисе химической компании "Софэкс" проводится выемка документов: якобы фирма уклонялась от уплаты налогов. О выемке сообщил адвокат руководителей компании, ранее обвиненных Госнаркоконтролем в незаконной торговле эфиром.Контролеры-невидимки |
Из первых рук
|
Гендиректор фирмы "Софэкс" Алексей Процкий рассказал корреспонденту "И", как пытается помочь Госнаркоконтролю справиться с коррупцией и некомпетентностью
Татьяна СКОРОБОГАТЬКО - В 2004 году на нашем предприятии были выемки документации, аресты эфира проведены... Потом дело приостановили, месяцев на восемь все затихло. Но в начале 2005 года к нам приехали два достаточно высокопоставленных представителя Московского управления Госнаркоконтроля и предложили схему сотрудничества. А именно: в области торговли прекурсорами (химические вещества, которые могут использоваться в производстве наркотиков) они убирают наших конкурентов, но мы должны делиться с ними. В рамках этого сотрудничества они представили нам фирму, охарактеризовав ее как "надежную, нашу организацию", чтобы мы продали ей уксусного ангидрида. Это химический реагент, имеющий двойное назначение. Используется в "обычной" химии для производства ацетилцеллюлозы, а изготовителями наркотиков – для приготовления героина. Все сделки с такими препаратами проводятся только по разрешению Госнаркоконтроля. - Они открытым текстом сказали, что это – "их" фирма? - Да. Но мы все равно отправили директора этой фирмы в Управление ФСКН, чтобы он привез от них письменное разрешение на сделку. Такой документ был предоставлен. 10 тонн мы им отгрузили, еще 20 должны были отгрузить позже. И тут со мной встречается заместитель начальника СКЛОН (Служба контроля легального оборота наркотиков – одна из служб Госнарконтроля) по г. Москве Фомин, просит меня скинуть цену на эти 20 тонн, намекая, что скидка пойдет конкретно ему. Я попытался отказаться. И тут он начал говорить такое, что мы (разговор происходил в присутствии начальника отдела нашей фирмы, который занимался этой сделкой) просто перепугались. Фомин стал рассказывать, что они будут направлять ангидрид в Таджикистан и что вообще ему "генералов кормить надо". Короче говоря, на следующую встречу мы – от греха подальше – пригласили сотрудника УФСБ по Восточному округу, который за год до этого проводил у нас проверку, тоже по прекурсорам. Попросили послушать, что человек говорит, и посоветовать, что нам делать. Представили гостя финансовым директором. Обсуждали с наркоконтролером, как будем ему деньги отдавать. Наличные мы сразу отмели. Тогда он сказал, что есть же доверенная компания - "которой вы как раз ангидрид продаете, через нее можно и по другим сделкам работать". Но в этот момент сотрудник ФСБ неудачно повернулся и наркоконтролер заметил у него под пиджаком кобуру. Видимо, понял ситуацию, разговор свернул – и с тех пор мы его не видели, как и директора фирмы, который купил у нас ангидрид. Потом я слышал, что этот ангидрид где-то "засветился" в Краснодарском крае, хотя они брали его якобы для Обнинска подмосковного. Эфэсбэшник нам объяснил, что раз Фомин его раскусил, то оперативные мероприятия с использованием нас как подсадных уток проводить не имеет смысла. А по-другому вымогателя уже никак не прижать. - Вы начальству Фомина не пробовали про это рассказывать? - Нас же вскоре посадили. Правда, потом, когда я уже сидел в изоляторе, ко мне пришел человек, представился главным инспектором ФСКН, со словами "я только Черкесову подчиняюсь, больше никому" – и начал интересоваться подробностями этой сделки. Курировало-то сделку Московское управление, а этот человек представлял Федеральную службу. Я ему сказал, что у нас все сделки так документируются, что не найти получателя невозможно. В частности, обязательно в документы заносятся паспортные данные партнеров. Он отвечает: "Да, я видел этот файл" и продолжает меня расспрашивать, не могу ли я им помочь главу той фирмы найти. Удивительно: они что, по паспортным данным сами не могут найти человека? К тому же - директора компании, которая, наверное, официально зарегистрирована... Я-то его и не видел, мои подчиненные с ним общались. Выйдя из изолятора, я написал заявление в прокуратуру с просьбой проверить все обстоятельства этого дела. К сожалению, пленка, на которой была запись нашей беседы с Фоминым, пропала, пока я находился в СИЗО. Однако есть показания свидетелей, присутствовавших при разговоре. В том числе - сотрудника ФСБ, который фразу "генералов кормить надо" запомнил и в прокуратуре подтвердил. - И что прокуратура? - В заключении о проверке моего заявления написано примерно так: есть утверждения сотрудника ФСБ, Процкого и его подчиненных, с одной стороны, а с другой – слова работника Госнаркоконтроля. То есть слово против слова. И в возбуждении уголовного дела отказали. Полностью читайте здесь.
Развитие сюжета в рубриках:
|
|
Для того чтобы оставить отзыв или проголосовать пожалуйста авторизуйтесь.
|
Загружается, подождите...
|
© «Избранное», 2007 При использовании материалов ссылка на izbrannoe.ru обязательна Контакты Реклама |