Полиция взяла под контроль ситуацию в пригородах Парижа. Задержаны три человека при попытке устроить поджоги, но ночь в целом прошла спокойно. Президент Франции пообещал лично разобраться с теми, кто во время беспорядков стрелял в полицейских.
ДмитрийСАБОВ, заместитель главного редактора журнала «Огонек» — специально для "И"
После двух ночей погромов в пригородах Парижа все усилия властей были направлены на то, чтобы беспорядки не приняли такого массового распространения, как это случилось в 2005 году. Сегодняшняя ночь прошла, к счастью, спокойно, но никто не рискует утверждать, надолго ли сохранится это спокойствие.
Есть два существенных различия в ситуации 2007 и 2005 года. Первое заключается в том, что власть сегодня находится в другой позиции. Беспорядки 2005 года вспыхнули по похожей причине – тогда погибли молодые люди, которые спрятались в трансформаторной будке от полицейского рейда. Но массовый характер приобрели в немалой степени благодаря высказываниям министра внутренних дел Франции, в скором времени ставшего кандидатом в президенты страны Николя Саркози. Он, напомню, решительно грозил убрать из пригородов «всю шваль», разобраться с «канальей» и очистить предместья с помощью известной немецкой мойки.
Цена этих реплик Саркози - 5-10 процентов электората Ле Пена, которых надо было переманить на свою сторону на президентских выборах. Для чего следовало показать, что он круче Ле Пена и может претендовать на симпатии «патриотической» публики. И Саркози это блистательно удалось.
Сегодня у Саркози нет необходимости воевать за 5-10 процентов электората Ле Пена. Они отвоеваны. Однако в конечном итоге цена оказалась слишком высокой. Саркози задел точку, в которой давно, лет двадцать-тридцать, а может и больше, тлел пожар. Пригороды, населенные безработными иммигрантами, территория большого риска: только тронь – вспыхнут.
Теперь в этих пригородах очень активны «лепеновцы» - там предстоят довыборы в Национальную ассамблею. Они, в свою очередь, хотят быть круче Саркози и всячески подчеркивают, что знают, как навести порядок.
Второе отличие нынешней ситуации – изменились сами пригороды. Что сделал Саркози даже не как президент, а как министр внутренних дел? Он перевел систему борьбы с преступностью во Франции на американский лад. Вместо ажанов, участковых по-нашему, которые назывались полицией ближнего радиуса действия – они ездили на велосипедах и прекрасно знали всех и все, что творится в их околотке, борьба с правонарушениями в заселенных иммигрантами пригородах перепоручена моторизованным подразделениям американского образца. Они появляются наездами, совершая разного рода рейды и проверки, плохо знают людей и районы, в которых приходится работать. То есть выполняют функцию устрашения, загоняя проблему в еще большее гетто. Полицейские профсоюзы, кстати, очень озабочены происходящим, и далеко не все из них одобряют создание таких подразделений.
В 2005-м пацаны после футбольного матча убегали как раз от моторизованной полиции. Да и сейчас жители пригородов уверены, что погибших подростков полицейские преследовали специально. Потому что вот уже несколько месяцев французская полиция ведет войну с мини-мотоциклами, скутерами, на которых молодежь гоняет, как ей вздумается.
В ответ на американизацию полиции молодежь самоорганизуется – вот уже появились дробовики, другое огнестрельное оружие. В 2005 году за два месяца пострадали около 200 полицейских – в основном, от ударов камнями. В 2007-м за два дня число пострадавших полицейских превысило 120 человек, из них многие получили огнестрельные ранения.
Это уже по-настоящему опасная тенденция. Она может перевести нынешний конфликт в гораздо более длительную фазу, потому что не наблюдается никакого принципиального сближения между сторонами. Наоборот, Саркози открыто дает понять, что есть Франция, которой он будет заниматься, и есть Франция, которую он будет принуждать к порядку.