Сегодня на процессе по делу ученого Игоря Решетина, обвиненного ФСБ в передаче технологий двойного назначения Китаю, прозвучали последние слова подсудимых. Все они вину не признают. Приговор будет вынесен 3 декабря.
- Известны случаи, когда ФСБ дает указания ведомствам, которые в принципе ей не подчиняются. Как этому противостоять?
- Помнить, что законодательных оснований для этого нет и не бояться.
- Известны ли вам случаи успешного противостояния незаконным действиям ФСБ?
- Мне неизвестны случаи, когда какое-либо ведомство сообщило бы заранее, что собирается действовать по указке ФСБ. Могу вам рассказать только один случай из своей практики, который произошел в 2002 году. У нас в «Гражданском содействии» работал старый сторож Усам Дадаевич, чеченец. В восемь часов вечера пришли люди из ФСБ и сообщили, что им необходимы документы из бухгалтерии. А он их просто не пустил – сказал, что рабочий день уже окончен. Вообще забавный тогда произошел разговор. Они интересовались, не прячем ли мы у себя боевиков. Сторож сказал, что нашу организацию знает Путин (а я как раз тогда встречалась с Путиным), и чтобы они уходили. Они спросили, не знает ли нас также Басаев, а сторож ответил – «а вы поймайте и спросите». Это был старый человек, ребенком он был депортирован, многое пережил в жизни. Но он был внутренне свободен.
- -А как был выдан в Узбекистан Рустам Муминов? Его взяли прямо из вашего офиса? Да, он был настолько неосторожен, что сам открыл дверь. У нас есть замечательные документы из уголовного дела по его незаконной выдаче. Ее ведь признали незаконной. Первый документ с требованием обращен к миграцононной службе по Москве, если нельзя экстрадировать, то добиться решения об административном выдворении. Второй - о приостановлении выдворения до определения возможности использовать Муминова в интересах ФСБ. Понимаете, даже в интересах не государства, а ФСБ. У ФСБ, оказывается, есть какие-то собственные интересы. И, наконец, третий документ ФСБ, где они требуют его выдворения, поскольку служить им он отказался. И по их требованию директор депортационного центра Герасимов произвел незаконное выдворение, прекрасно понимая, что нарушает закон. "Пришли товарищи из ФСБ" - твердил мне Герасимов, когда я недоумевала, как это его угораздило нарушить решение прокуратуры об отказе в экстрадиции, запрет на выдачу, поступивший из Европейского суда и право Муминова на кассационную жалобу, которая уже была подана, а позже и удовлетворена. Герасимова судили и признали виновным в превышении должностных полномочий. А "товарищи из ФСБ" вышли сухими из воды.
