Контракт на крови

Зоя БАРЗАХ, пресс-секретарь РОПО "Солдатские матери Санкт-Петербурга" — специально для "И"

Антон Ефименко был призван на военную службу в 2005 году. В начале декабря 2005 года его и еще нескольких молодых людей доставили в в/ч поселка Каменка Ленинградской области. Там призывникам популярно объяснили, что если они не подпишут контракт, будут жить в палатке, а подписав – в новой, отстроенной казарме. Антон и большинство его товарищей подписали контракт.

Денег по контракту ни Антон, ни его родные ни разу не получили. Деньги по словам Антона, "вымогали путем запугивания и угроз". Избиениям и издевательствам он подвергался в той же мере, что и остальные его товарищи. Однажды рано утром в кубрик, где спал Антон, вломился пьяный сержант С. и жестоко избил его, сломав в двух местах челюсть. Необходимой медицинской помощи молодой человек не получил; избиения и издевательства продолжались.

Затем сержант Железков, известный в части «дед», к тому времени уволившийся в запас, но продолжавший по телефону и лично, донимать бывших сослуживцев, заявил, что Антон должен ему крупную сумму. Звонки с угрозами физической расправы стали ежедневными. И когда Железков по телефону заявил Антону, что либо он завтра же приедет в Питер и отдаст "долг" до копейки, либо сам Железков приедет в часть и "разберется". Антон бежал из расположения части.

По неофициальным правилам, действующим в армии, находясь в части, жаловаться на издевательства "дедов" и офицеров рядовой не может. В противном случае его положение станет еще более невыносимым. А если он покидает расположение части, это автоматически дает возможность считать его дезертиром.

Между тем, согласно ст. 337 УК РФ, молодой человек, самовольно оставивший расположение части, не является преступником, "если самовольное оставление части явилось следствием сечения тяжелых обстоятельств". Однако добиться, чтобы постоянные избиения и унижения в армии были признаны "тяжелыми обстоятельствами" удаётся с большим трудом. Поэтому когда подобный суд заканчивается удачно, пострадавший и его родные бывают счастливы, что удалось избежать уголовной ответственности. Они, как правило, хотят забыть о пережитом кошмаре, и не подают заявлений в суд на тех, кто издевался над юношей.

В случае с Антоном реализовался самый худший вариант. Его задержали через несколько дней после побега; он был доставлен в ту прежнюю часть, но оттуда ему в ту же ночь удалось бежать во второй раз. В этот раз мать прятала сына несколько месяцев. Чтобы помогать матери, пенсионерке, и несовершеннолетней сестре, Антона устроился неофициально на подсобные работы. Но через несколько месяцев его нашли военные.

Когда мать Антона, Екатерина Сергеевна, обратилась за помощью в правозащитную организацию «Солдатские матери Санкт-Петербурга», она сообщила, что ее сын содержится на гауптвахте в/ч поселка Каменка. Приехав в часть, представители  этой организации выяснили, что мера пресечения для Антона вообще не была назначена, а помещение, где уже несколько месяцев содержался молодой человек, не гауптвахта и вообще не имеет юридического статуса. Это коморка при оружейном складе, без мебели, с зарешеченными окнами.

По словам Антона, за время его пребывания в этом помещении его соседями побывали многие рядовые. В какой-то момент в этом карцере находилось одновременно восемь человек. Спали заключенные на полу, на матрасах. В столовую и уборную их выводили под конвоем. Бывало, что дверь комнаты-камеры по несколько дней не открывалась - "заключённым" говорили, что был потерян или сломан ключ. В эти дни их не кормили и не водили в уборную. Антон сказал, что один из его товарищей по несчастью попал в это помещение просто за то, что отказался заключить контракт.

Суд, завершившийся сегодня, не признал содержание Антона в этой комнате незаконным. Кроме того, он не счёл относящимся к делу перелом челюсти, поскольку между этой травмой и уходом Антона из части прошло слишком много времени. Суд не нашёл, что у Антона были достаточные основания для побега.

Развитие сюжета в рубриках:   Новость    Логика событий    Мнение   Очевидец